Школьный демон. Четвертый курс

Но еще при первом испытании Мимигара выяснилось, что тех, у кого не хватает магической Силы, чтобы противостоять его воздействию, Мимигар превращает в животных. Причем порог этот — весьма высок. У Голубого Полуночного вампира, ужаса и кошмара всех магов Академии, например, сил не хватило, — Джинни смутилась и потупилась. — Да и мы с Гермионой преодолевали воздействие Мимигара, скорее используя возможности нашего тотема, чем впрямую противопоставляя свою силу его мощи, — Миа успокаивающе погладила рыжие волосы. Джинни вздрогнула и посмотрела на меня.

— Но все равно, любопытно было посмотреть, как чистокровные маги, столь гордые своей «унаследованной», а отнюдь не «украденной» мощью, превращаются в зверей там, где «грязнокровка» — остается человеком, — и я указал на медленно и с оханьем поднимающегося с земли избитого парня. — Кстати, Джинни, на следующем собрании Рассвета порекомендуешь его, ладно?

— Д-да… конечно, но… Я не знаю, кто он…

— Тогда давай подойдем и спросим? — усмехнулась Миа. — Только… ты говорил, что Мимигар прекратит свое действие после разрушения основного кристалла, а тут я вижу, что звери как-то не спешат превращаться обратно в людей.

Почему так?

— Потому что, настраивая Мимигар, я вывел его в нерасчетный, закритический режим. Вот и получилось то, что получилось…

— Но зачем? — удивилась Джинни.

— Не стоит облегчать возвращение Тому-кого-нельзя-называть, — ответила просчитавшая мои действия Аналитик. — Большая часть тех, кто подпал под действие Мимигара — готовы примкнуть к нему в любой момент, когда он только поднимет свое знамя… А теперь это будет не так-то просто.

Думаю, — усмехнулась Миа, — подобное поражение сознания может, и вылечат в Мунго, но не вдруг и не сразу…

— И стоить это будет далеко не дешево, — усмехнулся я. — А среди попавших под удар — как раз маги, мягко говоря, среднего достатка. Так что элиту Реддл, — Джинни вздрогнула, вспомнив дневник, завладевший Роном, — вернет, а вот среднее звено — вряд ли.

— Не думаю, что это будет сильным ударом, — покачала головой Джинни.

— «Хвалился лев о победе грядущей над царем комариным, и было рычание грозным, но перешло оно в стон», — процитировал я.

— Я читала, — подхватила Миа, — о «смерти от десяти тысяч порезов». Страшная казнь.

— Но разве не лучше было бы нанести удар по элите? — спросила Джинни. — Раз уж вы считаете, что Тот-кого-нельзя-называть — вернется?

Мы с Миа переглянулись и пожали плечами. Джинни явно поняла это как «Что смогли — то сделали».