Рутинная работа одной организации

— Если уж Афродита и Дионис организовали монополию на некоторые услуги и продукции, а Гермес так вообще раскрутился в масштабах не оного десятка стран, то почему бы простым нечистым не стать хотя бы частниками?

— Вот то-то и оно. Даже конкуренты, служители древних богов, потихоньку шабашат по мелочи, чтобы было чем кормиться, — Лиза быстренько поправила свои кудряшки, подрисовала губы и крикнула оператору. — Гарик! Бросай снимать окрестности. Макс, открой дверь подъезда. Очень механизм тугой.

Дверь действительно была очень массивной, с огромными, толщиной с мужское запястье деревянными ручками. И высотой под три метра. Да, раньше строили на века.

— А сейчас мы познакомимся с первым в стране домовым, вызвавшимся обслуживать не одного хозяина, а целый подъезд. этого удивительного дома в центре Петербурга. Вот его скромное жилище.

Камера снимает крупным планом нагромождение картонных коробок под лестницей.

— В вот его рабочее место. Точнее касса.

Теперь снимается та самая гора мелочи.

 — Так. Стоп. теперь надо найти домового.

Нечистик явно слышал нас, потому что как только Лиза произнесла последнюю фразу, по подъезду разнесся гневный вопль.

— Некогда мне! — слышалось откуда-то с верхних этажей. — Работаю!

— Но у нас обратный поезд через три часа, — заволновался Макс. — Может вы все-таки спуститесь? Это всего на пять минуточек.

— А кто будет примус починять?

— Какой примус? — крикнул Макс.

— Что такое примус? — Это уже Лиза.

— Коллекционный. Ох, опять в тридцать пятой сапоги развалились. Кто бы Ефросинье Павловне новые купил. Тридцать девятый, черные, с небольшим каблучком.

— Ну что же. Намек понят.

И под удивленными взглядами коллег я поплелся в обувной магазин за углом.

— И так. Как вас зовут? — Лиза дала домовому микрофон, предварительно посадив того на перила.

— Прохор я, — прогнусавил старичок в красной с «горохом» рубашке, несоразмерных его росту лаптях и больших очках с толстыми стеклами.

— И вы работаете местным домовым по вызову?

— Как вульгарно. Домовые по домам сидят.