Недосягаемое

Она — РуРу, друг и немножко мама, которая помогла ему, ПеПе, выжить, когда он неоперившимся птенцом выпал из гнезда и остался без настоящей мамы. И уж точно не никакая «что это ещё такое»!

Вспомнив, что РуРу однажды говорила что-то там про «терпение», переводившееся как «умение ждать и ничего не делать», ПеПе нахохлился и преданно «ничего не делая», уставился на присевшего рядом с горгульей человека. Тот, как это ни странно прозвучит, ни капельки не улыбался и не нёс перед собой картонную коробку, но, без сомнения, это был «курьер».

Продолжая удивляться вслух, «курьер» вытащил из кармана длинную ленту и принялся измерять РуРу, после чего записал что-то в свою коробочку и покинул кладбище. Тут бы ПеПе и вздохнуть с облегчением, но спустя какое-то время «курьер» вернулся в сопровождении других людей.

Общими усилиями они заточили его подругу в подходящую по размерам коробку и, покряхтывая от натуги, унесли прочь. Наверное, следовало удовлетвориться увиденным и продолжать ежедневный дневной патруль, но вынести разлуку с РуРу голубь никак не мог.

Дождавшись, пока «курьер» с остальными затащит ящик с РуРу в фургончик, птица незаметно прошмыгнула внутрь и, безошибочно определив, где находится горгулья, пристроилась сверху. Выудив из глубин памяти незнакомые слова, ПеПе разложил их перед собой и принялся думать, куда они всё-таки направляются.

«Путешествие» — здесь всё понятно, они покинули территорию кладбища Пер-Лашез и отправляются в… в…

«Имение Златовых» — тут уже понятно не всё. «Златовы» — это склеп, да.

«Россия» — что-то не то чтобы новое, но достойное внимания, потому что, по словам РуРу, они с сёстрами выточены из камня «русским Мастером». «Русский» — живёт в России?..

Ещё РуРу говорила, что «непременно отыщет Мастера и привезёт сюда, на Пер-Лашез». ПеПе не очень хорошо понимал саму концепцию кладбища, но вроде бы это место, где спит очень много людей, добрых и злых, плохих и хороших.

Пытаясь состыковать имеющиеся у него познания, ПеПе сделал вывод, что РуРу, скорее всего, отправилась за этим непонятным Мастером-папой — раз он сделал РуРу, точно папа! — в далёкую Россию, чтобы тот наконец-то смог хорошенько выспаться на кладбище Пер-Лашез.