Красные нити

Все из влиятельных, знатных семей, уже зарекомендовавшие себя, тщательно проверенные нашими службами. Очень, очень неудобно получилось перед ними. Я отдал распоряжение принести всем извинения, но двое из них, оскорбившись, выразили желание уйти. К счастью, остальные пока готовы вас простить…

– Но вы говорили, что вас не поставили в известность?!

– Да, я же сказал, досадное недоразумение. Почему‑то я не получил приглашение на то собрание. Возможно, что‑то с моей электронной почтой. Или меня не было на месте, а Любовь Серафимовна забыла передать…

– Семёновна, – поправил я машинально.

– А, да‑да, Любовь Семёновна. В общем, такое бывает, не берите в голову. И не вздумайте возвращаться к этому вопросу! Мы не станем вас наказывать, потому что вы действовали бескорыстно. Но ущерб, нанесённый репутации СКОК перед лицом лояльных к нам вампирских кланов, непоправимо велик! Мне стоило большого труда выгородить вас. Пожалуйста, ради вашего же блага, постарайтесь не вспоминать об этом инциденте.

Я молчал, не в силах до конца осознать сказанное.

Меня аж потряхивало от возмущения. Очевидно, вся его история про «недоразумение» шита белыми нитками. Что за чертовщина творится у них там в первом отделе?!

Тем не менее, я заставил себя сделать несколько глубоких вдохов и ответил почти не изменившимся тоном:

– Понял вас. Прошу прощения за беспокойство. Благодарю за поддержку. А что с делом невидимки, оно по‑прежнему на мне?

– Невидимки? – Бронислав Петрович, похоже, был растерян.

– Ну, того, которого мы с вами обсуждали вчера, – меня вдруг охватил неожиданный азарт.

Не совсем ещё отдавая себе отчёт в том, что говорю, я добавил. – Материалы, которые вы мне показывали. Вампир‑невидимка из Саратова. Мне по‑прежнему заниматься им?

– Ах, этот невидимка! – Третий, казалось, подавил облегчённый вздох, а затем снова изобразил наигранный смешок. – Да, конечно, всё в силе! Продолжайте заниматься. Нет, я прямо настаиваю, сделайте всё возможное, отложите остальные дела. Как поймаете его, пришлите отчёт мне на почту.

Удачи, Каспер! – и он снова надел на голову защитные наушники, как бы намекая, что беседа окончена.

Ну и дела! Третий не помнит ровным счётом ничего о нашем последнем разговоре. Пытается угадывать находу, но получается это у него ещё паршивее, чем стрелять по мишени. Всё мимо. Да и характер тоже поменялся, и ведёт он себя крайне неадекватно! Похоже, что это не просто метафора, а Третьего, как и Второго, на самом деле неким непонятным образом… подменили.