Медальон

Каждый паззл прошлого должен быть найден. С другой стороны, я невероятно устала от тайн. Если ворошить старый улей, из него непременно тучей посыплются разъяренные пчёлы.

Готова ли я к новым приключениям?

Единственное, в чем я уверенна—хочу медальон обратно на его законное место, у самого сердца, чтобы он холодной тяжестью напоминал о пережитом.

— Поторопись, тебя хочет видеть Юна, — врывается в мои мысли индеец.

— В таком случае, выйди, пожалуйста, — прошу я многозначительно уставившись на покрывало, в которое я старательно завернулась чуть ли не вокруг макушки.

Мэкхья кивает и сразу же направляется к выходу.

Мы столько всего пережили, готова поспорить, он мечтает поскорее завершить свой долг.

Глава 40

Ритмичные звуки, будто пальцем бьют о пустую банку из под печенья, вперемешку со слоновьим топотом выходят за границы пространства. Неясные прозрачные образы утягивают за собой по мере того, как музыка ускоряется. Она набирает обороты, словно тот, кто играет, неумолимо торопится.

Каждый новый стук отдаётся в самом центре, между рёбрами.

Вдруг в сознание врывается гортанный рёв шамана.

— Уааааааа Ооооооо.

Снова.

— Уаааааа Ооооооо.

Ментальное тело реагирует, как на призыв, что пора возвращаться.

Очередной требовательный зов с налетом шелеста колокольчика.

— Уаааааа Ооооооо.

Громкий выдох и я тотчас прихожу в себя.

Не успевает вигвам обрести четкие очертания, как я слышу:

— Жизнь, она, как бубен, Амо.

Я морщу лоб, с интересом всматриваясь в незнакомое лицо. И все же нестерпимо предвкушаю продолжение истории.

Старый шаман с длинными серебристыми волосами лишь лукаво прищуривает тяжёлые веки, за ними уже и не разглядеть цвет чуть помутневших от старости глаз. Это наша первая встреча за неделю пребывания в резервации. После того, как бабушка Юна с трудом привела меня в чувства, мы с Мэкхьей добрались до его родной шошонской резервации без происшествий.

Меня встретили, как и положено в цивилизованном обществе. Поведали много историй о племени — как оно устроено, кто является вождём и как проходит каждодневный быт.

«Насильно тебя держать никто не будет», — заверил меня Мэкхья.

Все, что происходит в резервации, необычайно интересно, но никто так и не касался главного. Намеренно. Я и сама не настаивала, решила дать себе время, наконец, насладиться спокойной размеренной жизнью и познакомиться с местом, где выросла бабушка.