Дело о канарейке

Впрочем, чудеса уже давно не случались, так что кофе пришлось варить самому, ругаясь при этом из-за обожженного пальца и оставшейся со вчерашнего утра грязной кружки. Любимой. Из черепушки висельника.

На балкон Рингрим выполз уже без приподнятого настроения и с яростным желанием кого-нибудь похоронить. Возможно, надежды на светлое будущее.

***

Из дремы Вила вывела комбинация факторов: назойливые солнечные лучи, крики за окном и жуткий грохот, донесшийся с балкона. Парень разлепил глаза. Они закрылись назад. Но судя по положению солнечной полоски еще было слишком рано вставать для того, кто пошел спать достаточно поздно.

Так что он закрыл глаза. Полежал так минут пять. Тяжело вздохнул. Херня, не заснешь, раз проснулся.

Вил вяло сбросил с себя одеяло, чтобы прохлада побудила к действию. Вспомнил, что жил теперь в пустыне, когда холодного бриза не последовало. Вздохнул еще раз. Дернул ногой, послышался шлеп чего-то о пол. Парень задумался. Не, ботинки он таки снял вчера вечером у двери. Глянул. Стилет опечаленно лежал на полу.

Ну, он хоть в ножнах был и без крови.

Потянулся, задел что-то рукой, послышалось уже множественное падение предметов на пол. Застонал в голос. Опять стрелы в колчан собирать. Проклятие. Пришлось встать. Первым делом поплелся к зеркалу. Как и ожидалось, смотрела на него его настоящая бледная андрогинная моська. Белесые глаза, белые волосы, удручающее отсутствие мускулатуры. Не шло ему с тяжестями как-то. Благо это было легко исправить.

Чейнджлинг наиграно улыбнулся себе и все тело пришло в неестественное для обычных людей движение.

Мгновение, и на него смотрел блондинистый голубоглазый парнишка с достаточной мышечной массой, чтобы девушки вешались на него, не вдаваясь в подробности его личности. Ну и, разумеется, выглядел он старше, на все двадцать пять, под которые косил.

Несмотря на идеальную гладкую кожу и отсутствие мешков под глазами его обыденной личности, так свежо сам Вильгельм себя не чувствовал. Здесь нужен был кофе. Много. Лучше, конечно, еще поспать, ибо, жопой чуял, эта ночь тоже будет поганой, но мир не остановится только ради того, чтобы создать тихую обстановку для несчастного него.

Так что направление на кухню было задано.

Там… Н-да, наверное, надо было прибраться. Такое количество крови слабыми сосудами носа не объяснишь. Достал турку, зажег огонь, залил воду. О, точно, так вчера устал, что забыл отнести Риму трофейное ухо. Ну да ладно, еще успеется. Кровь зато подсохла, помыть можно аккуратно.