Седьмая доля

Затем, сев на скамью спиной к носу и, устроив в уключинах теперь уже оба весла, Кондрат мощными взмахами привёл ялик в движение.

Любо дорого было смотреть на стремительную мощь, с которой грёб лесной витязь. Вскоре за пеленой утреннего тумана появилась полоска суши. Она угрюмо темнела впереди непролазной лесною чащей. Прямо на глазах полоса суши разбилась надвое. Увидев немой вопрос на лице Захара, Кондрат пояснил:

— Справа — остров Аленький. Остров Рода — левее.

— Аленький — странное название, — произнёс Захар, глядя на то, как узкая сабельная гряда острова удаляется, растворяясь в тумане.

Остров Рода был куда внушительнее своего соседа. Он царственно возвышался над водной гладью и в нём ощущалась какая-то древняя затаённая сила. До берега, густо поросшего ивняком, оставалось не больше пары десятков метров, когда с острова прогремел выстрел. Потом, второй, а за ним и третий.

Кондрат тотчас налёг на вёсла.

Глава 7 Непринятая жертва

Раньше в реку не заходили купаться, пока не бросили перед собой веточку крапивы, после чего водяные и мавки в страхе уплывали.

Е. Леквиевская «Мифы русского народа»

Громада острова стремительно приближалась. Наскоро прочитав заклятие, Захар вернул себе зоркость ворона и буквально впился в прибрежные кусты и деревья. Из-за каждого ствола, из каждой тени могли раздаться новые выстрелы. Однако, ни одна ветка, ни один куст не шевельнулся, выдавая присутствие стрелка. Лес был пуст и лишь угрюмо шумел кронами могучих деревьев.

Ялик с разбегу ударился в илистый плёс и замер.

Захар, Рябой и Кондрат разом покинули лодку и поспешили укрыться за стволами деревьев.

— Смотрите, — тихо воскликнул Кондрат, кивая куда-то в сторону.

Захар устремил свой взор в указанном направлении и увидел какой-то предмет, спрятанный в камышах. Он мысленно приблизил изображение. Лодка! Надувная лодка.

— Я же говорил, что этот чёрт вернётся на остров, — довольный своей правотой, произнёс Рябой.

Заметив, что Кондрат достаёт из заплечного чехла арбалет, Захар бросил богатырю:

— Живьём! Брать только живьём!

Перебегая от дерева к дереву, все трое устремились к центру острова, где располагался жертвенный алтарь — камень Рода. Стремительной тенью нёсся, утопая по грудь в лесном травостое, Баюн.