Человек и его город

— Так поехали! — Антонина Юрьевна нетерпеливо махнула рукой в сторону убегающей в заросли тропинки.

— Минуту, вещи-то надо сложить... — Профессор спрыгнул на полосу гальки у воды и принялся торопливо складывать ширму. Соня бросилась ему помогать.

Тарасова, застыв укоризненным изваянием со сложенными на груди руками, молча наблюдала за сборами. Когда профессор с ученицей наконец вернулись на обрыв, томская гостья резко развернулась на месте и зашагала к скрывающейся за кустами машине. Соня и Кузнецов едва поспевали за ней, цепляясь сумками за ветки.

— Где и когда общий сбор? — спросила Антонина Юрьевна на ходу.

— У меня, в девять тридцать, — отозвался слегка запыхавшийся профессор. — Только не все будут. Ярцев болеет, Сухих в командировке, а Соснина, как обычно, с работы не отпустили. Но вечером он, конечно, придёт.

— А сколько нас всего? — робко спросила Соня.

— Двадцать семь человек. Ты двадцать восьмая. Это по городу. Есть ещё «пригородники», к ним я редко обращаюсь, только если проблемы у смежных объектов.

— Межтерриториальный Хранитель, — с улыбкой вставила Тарасова.

— Ого! Да таким составом можно любые проблемы решить! — Софья, не ожидавшая услышать подобные цифры, внутренне возликовала: это же какой силищей они все вместе обладают! Теперь с папой точно будет всё в порядке!..

— Если бы всё было так просто… — вздохнула Тарасова. Профессор только с грустной улыбкой глянул на ученицу и промолчал.

4

Кузнецов жил один в старой части города, неподалёку от набережной, в квартире с высоченными потолками и выходящими на тихую зелёную улочку окнами. Профессорское жилище показалось Соне огромным, во всяком случае, набившиеся в три комнаты два десятка человек не создавали ощущения толкотни и тесноты.

— Давайте начнём, — сказал хозяин квартиры, и гости потянулись в просторный зал.

Там все расселись вокруг массивного стола, уставленного чайными парами. Одна из Хранительниц, девушка лет двадцати, тихая и незаметная, разливала кипяток и заварку из больших чайников.

— Так, ребятушки, — сказал он, усевшись и положив перед собой на столешницу сцепленные в замок руки, — нашего полку прибыло. Это Софья Ветрова, Хранительница Искитимки.

По комнате прокатился негромкий гул голосов и вздохов.

— Она проявилась всего неделю назад после выписки из больницы.