Человек и его город

Человек и его город

Ксения Крутская

Едва поправившись после долгой болезни, Софья спешит в странное место – на берег речушки в городском бору, сама не понимая, почему её туда так тянет. Внезапно встреченный там университетский профессор открывает ей тайну: Соня – не простой человек. От неё – и всего лишь пары десятков таких, как она, – зависит судьба её родного города, на который надвигается беда.

Ксения Крутская

Человек и его город

– Ну что, как говорится, дай-то бог больше не увидеться! – с улыбкой сказала медсестра, протягивая Софье выписку из истории болезни.

– Спасибо вам за всё! – Девушка хотела было шагнуть вперёд и обнять немолодую усталую женщину, которая почти полгода ходила за ней как за маленькой, пока Софья лежала то в полубеспамятстве, то просто ни рук, ни головы поднять не могла от слабости.

Но что-то её удержало – стеснительность, наверное. Или нетерпеливый взгляд отца, который Соня чувствовала затылком.

– Береги себя, золотце! Ну всё, в добрый путь! – Медсестра через голову Софьи кивнула приехавшему забирать дочь мужчине и скрылась за дверью кабинета.

– Соньчик, давай быстрее, – негромко проговорил отец.

– Ага, иду. – Софья наклонилась было за сумкой с вещами, но отец опередил её.

– Эй, тебя сквозняком качает, – сочувственно улыбнулся он. – Себя-то хоть дотащи до машины, с сумками я как-нибудь управлюсь.

Ноги и вправду неохотно несли исхудавшее до полупрозрачности тело, особенно по лестнице – хорошо хоть вниз, а не вверх. Софья медленно шагала по ступеням, цепляясь за перила и борясь с головокружением.

Перед дверями корпуса отец обогнал её, распахнул и придержал тяжёлую створку. Соня шагнула на крыльцо, вдохнула полной грудью – и едва не упала, успев судорожно ухватиться за отцовскую руку.

Воздух родного города… Многие морщили носы, обстоятельно и со вкусом ворчали об экологической обстановке, утверждали, что «дышать нечем» и «лёгкие у нас все чёрные», на чём свет стоит ругали и руководство заводов, выбрасывающих в атмосферу чуть ли не всю таблицу Менделеева, и городские власти, якобы сквозь пальцы на это всё смотрящие. А Софье нравились эти запахи – такие родные, знакомые с детства.