Ведьмин внук

Даже это странное колко-зудящее ощущение отступает.

«Ссыкло» — даёт себе нелестную оценку Артём, прежде чем усмехнуться и рвануть к дому. В свете фонаря все лужи как на ладони и случайно наступить в них теперь гораздо сложнее.

* * *

— Я дома! — оповещает Артём, по привычке открыв замок своим ключом.

Он успевает переступить порог и закрыть дверь, прежде чем дежавю обрушивается на сознание, а в горле застревает комок. Артём уже говорил эти слова сегодня.

— Мам? — зовёт он, всё-таки разуваясь и выглядывая из прихожей.

В квартире стоит неприятная темнота и тишина. — Мам, ты дома?

Аккуратные чёрные ботинки на небольшом каблучке смирно стоят в углу лотка для обуви, однако ответа Артём так и не получает.

Скинув кроссовки рядом и бросив куртку на крючок, он спешит вглубь квартиры.

Ноги в мокрых носках, так же как днём, скользят по линолеуму, вызывая приступ глухого раздражения.

— Мам, ты дома? — повторяет Артём, вслушиваясь в вязкую тишину.

Ответа снова не приходит, но из-под двери родительской спальни в коридор просачивается свет.

Это немного успокаивает и расслабляет Артёма, а стоит ему открыть дверь, как ответ приходит сам собой. Мать просто спит, уронив мобильник на грудь и свесив руку с края кровати: уютная и успокаивающая в своём тёплом пижамном костюме.

«Живая...»

Артём пугается этой мысли, будто могло быть иначе, будто...

Сознание подбрасывает картинку, заставляя сердце в груди вздрогнуть: бабка на диване, спокойная, молчаливая, мёртвая.

— Мам?.. — тихо зовёт Артём, приглядываясь и прислушиваясь.

Дышит.

Артём убеждается в этом и выдыхает сам, только сейчас поняв, что задержал дыхание.

Осторожно убрав мобильник на прикроватный столик, и накрыв мать откинутым в сторону одеялом, Артём едва слышно желает приятных снов и выходит, не забыв выключить ночник.

* * *

Артём идёт на такой привычный и знакомый шум: стук закрываемой дверцы шкафчика, журчание льющейся воды, бряцанье неосторожно поставленного на плиту чайника, бормотание.

За то время, что бабка с ними, он уже привык к подобному и точно знает, та сейчас заваривает чай. Либо свои любимые травки, причитая, что в аптеках продают солому, либо простой и понятный пакетик. Она всегда так делает, когда ей становится лучше и удаётся добраться до кухни.

— Пришёл? Давай, садись, я и чай заварила.

С бока стоящей на столе чёрной кружки с ярким смайликом свисает ярлычок на ниточке, а рядом на большом блюде горкой выложено песочное печенье.