Ведьмин внук

Выбравшись из комнаты, он косится на родительскую спальню, но там наконец-то стоит полная тишина, а щель под дверью темна.

В гостиной тоже пусто. А в проникающем сквозь отчего-то незашторенное сегодня окно свете нет ни намека на постороннюю тень. Артём даже задаётся вопросом, а что если ему действительно показалось? Если призрак бабки — это плод его больного воображения? Поехала крышечка, после того как он стал свидетелем её смерти. Возможно же.

«А сны просто сны и ожоги — это элемент внезапного точечного самовозгорания, ага» — развивая тему, саркастично поддакивает самому себе Артём.

— Выпью кофе, а там посмотрим.

О том, как и что он будет смотреть после кофе, Артём старается не думать. Вот сделает, выпьет и тогда уже подумает.

* * *

Чужое приближение Артём пропускает и шаги слышит лишь тогда, когда переливает готовый кофе в кружку. Рука вздрагивает, выплёскивая гущу поверх ситечка, а в следующий момент дверь на кухню открывается, и Артём едва не роняет уже саму турку.

— Кофе на ночь?

«Уж лучше б бабка явилась!» — в сердцах бросает Артём, заслышав ещё заспанный, но уже недовольный голос матери.

— Ты рехнулся?

«Вероятнее всего да. Не успел проверить» — саркастично соглашается Артём у себя в голове, пока медленно вытирает кофейную гущу со столешницы рядом с плитой и споласкивает турку, стараясь не замочить при этом бинты.

— Тём, я с тобой разговариваю. Даже не вздумай его пить, слышишь меня? Утром новый сваришь, если так хочется.

— Он не повлияет на сон, честно, — врёт Артём, надеясь совершенно на обратный эффект. Ему нужно это влияние просто необходимо. — Проверял уже. Сейчас выпью и лягу.

— Артём. Что с тобой происходит последнее время?

Она складывает руки на груди, давая понять, что уходить не собирается.

— Мам, может лучше спать? Не перебивай сон. Поговорить можно и завтра. Тебе здоровый сон просто необходим.

— Не заговаривай мне зубы. Что происходит?

— Ничего? — Артём старательно делает невинное лицо.

Он прикладывается к кружке с кофе, пока мать садится за стол и не видит. Горечь растекается по языку, оседая сладостью послевкусия на его корне и проваливаясь жаром в желудок. Слишком горячо, но ждать пока хоть немного остынет некогда. Ему могут и не дать его допить, а ругаться из-за кофе, когда мать в положении... Артёму от одной мысли противно.

— Ну, взять хотя бы кофе в полночь и... руки.