Ведьмин внук

Отец продолжает по-доброму посмеиваться, но в голосе чувствуется лёгкий привкус боли и Артём поспешно разжимает объятия, вспоминая о том, что ран наверняка гораздо больше чем ему видно. На мгновение желание снова сжать руки на чужих рёбрах становится сильнее, пальцы вздрагивают, но Артём окончательно отстраняется, выбираясь из-под отцовской руки и отступая на шаг.

Холодок лижет позвоночник, когда Артём поднимает взгляд и натыкается на тень за спиной отца: не ту, что он отбрасывает в льющемся из кухни свете, другую.

Эта тень гораздо плотнее и гуще, почти как та, что он видел несколько раз около дивана. Она стоит рядом со здоровым плечом отца, рядом с тем местом, где совсем недавно был и сам Артём.

«Мне просто кажется, это просто тень. И вообще...»

Что именно «вообще» Артём не додумывает. Стоит зажмуриться на мгновение и снова открыть глаза, как тень исчезает, будто её и не было.

«Точно показалось».

— Артём? Всё в порядке?

Артём натянуто улыбается и кивает, не желая пугать отца своими странностями.

Им и бабки хватило с её... блюдцами.

Он вспоминает слова матери и едва не передёргивает плечами. Стать похожим на бабку? У него от одной мысли мурашки по коже бегут.

— А где ма?

— Спит уже, а я проголодался и... вот.

— Идём, найдём что-нибудь, — предлагает Артём, повторяя сказанные когда-то отцом слова. Тот не раз предлагал подобное, в те времена, когда ещё не окунулся в работу с головой.

— У меня в доме две хозяюшки? — подначивает отец, и Артём смешливо фыркает, отзываясь почти в тон:

— Три тогда уж.

Ты мне так же в своё время говорил. И... — Артём вдруг притормаживает, едва сделав пару шагов на кухню, чувствуя, что не может не сказать. Они и так ведут себя так, будто ничего не случилось, а ведь он... — Прости за бабушку... Если бы я не слушал её причитаний и сразу помог, если бы...

Шаги за спиной затихают и Артём оборачивается. Он сам не понимает, чего именно ждёт, но уж точно не задумчивого, немного напряжённого выражения на лице.

— Пап?

— Как она умерла? Расскажи мне.

* * *

Артём рассказывает, как всё было, параллельно готовя горячие бутерброды с сыром и заваривая чай. Ощущение вины снова вспыхивает внутри и скребёт рёбра, будто и внутрь к нему пробрался кот.

— Значит, она требовала позвать Аню? — тихо уточняет отец, когда Артём ставит перед ним тарелку с бутербродами и кружку с чаем.

— Да.

Сев напротив Артём откусывает от своего бутерброда, грея внезапно начавшую подмерзать ладонь о бок кружки.