Шпилька

Ты знаешь, какой сегодня день?

— Нет.

— Сегодня день моего совершеннолетия, а через два месяца и два дня твой. Нам будет по четырнадцать, и мы можем обменяться свадебными шпильками.

— Ты пьян! — догадалась Цисина. — Уходи! Я позову охрану общежития!

— Моя охрана их отвлекает, — произнёс Сирил. Он стоял у двери, исподлобья глядя на девочку. Руки сжимались в кулаки.

— Поговорим, когда ты будешь трезв! — Цисина отступала, боясь его приближения. Она знала, видела, на что способны пьяные люди, и ей это не нравилось.

Сирил привалился спиной к двери, медленно задышал. Когда заговорил, голос полнился болью, слезами.

— Я узнал, что на том приёме наследник будет искать себе жену. Ты делаешь красивые шпильки, Цисина, я показал одну из твоих придворному мастеру, и он очень высоко оценил...

— Когда ты успел? — девочка вскинула руку к голове, а потом обернулась к кровати, в изголовье которой стояла коробка со шпильками. Да, недавно заметила, что кто-то в ней рылся, но Цисина уверила себя, что всё показалось.

— Послушай... Ты по-настоящему красива. Ты делаешь изумительные вещи. Я не переживу, если наследник выберет тебя. Если он заберёт тебя у меня, Цисина!

— Вот ещё! — взбрыкнула девочка, а сама подумала: "Так и не переживи!", мерзкий червячок злорадства проедал душу. Но Сирил был серьёзен:

— Цисина, молю, откажись!

— Я могу и не выиграть! Чего ты завёлся?

— Ты выиграешь, — обречённо сказал он и пошёл медленно к ней.

Цисина упёрлась спиной в стену — бежать было некуда.

— Я закричу!

— Нет.

Он накрыл её рот горячей ладонью, поцеловал свои костяшки пальцев и молча ушёл.

Цисина сползла по стене, колотясь от ужаса и внутренней боли. Было так страшно видеть задаваку Сирила таким. Но к утру всё прошло. Осталась лишь злость на него: почему он думает, что может её шантажировать? "Вот возьму и поймаю тебя на слове!" — едва слышно шептала Цисина, усмирив дрожащие руки, вырезая из дерева шпильку.

Сегодня в школе был выходной, можно всецело отдаться делу.

Снежный ком

Цисина ждала, что судить будут люди из школы, но пришли чужаки: сплошные монокли, шелка, завитые усы и быстрая речь, что казалась нездешней. Все претенденты выстроились у стены. Их шпильки, семьдесят штук, лежали в ряд на белом столе в другой части комнаты. Комиссия медленно двигалась вдоль него, обсуждая каждое изделие бурно, с восторгом.

— Чьё это? — Подняли шпильку с длинной цепочкой и хрустальным аистом на конце.