Тени Инкорке

Осеннее солнце, тусклое и ленивое, иной раз не выползает на небосвод почти до полудня, а раз в месяц — и вовсе отказывается почтить вниманием своих нерадивых поклонников. Судя по наглому драчливому лучу, без предупреждения врезавшему мне в правый глаз, Август Лок прямо сейчас готовил очередной невообразимо вкусный обед вместе с очередными невообразимо неприятными эпитетами в мой адрес. И, что самое отвратительное, был совершенно прав.

Эта мысль молнией пронеслась по венам, заставив вскочить и срочно начать приводить себя в порядок.

Вопреки настойчивому желанию тут же помчаться в гостиную, я, как заядлый прогульщик и тайный бунтарь, решил прикрыться имитацией пользы обществу и устремился за письменный стол. В случае если грозный начальник решит заглянуть и поинтересоваться, не слишком ли обнаглел его спящий помощник, его безусловно порадует картина трудового рвения. К тому же, записать ночной разговор, а тем паче выводы, им порожденные, действительно стоило.

Первым делом, я обозначил самые животрепещущие вопросы:

Кто такая Лора Эйк?Кто плакал в запертой комнате?Что прячется в облике кота?На большее моей убогой фантазии пока не хватило, а потому пришлось наконец перейти к изложению настолько романтической и трагичной истории, что от нее сводило зубы.

Пожалуй, некоторая сказочность упорно подсовываемой нам теории вынуждает меня начать ее так: “Давным-давно…”

Давным-давно жил в Гракте молодой и красивый колдун. Дом его был так похож на замок, а магический талант столь велик, что амбиции юноши росли день ото дня, и виделся он себе то настоящим принцем, то повелителем всего Краганата.

Лишь родители, люди спокойные и образованные, сдерживали в меру сил буйство детского воображения, но их век оказался недолог.

Осиротев, Армхаус окончательно расстался с бледной и серой реальностью и устремил свой взор к страшным, темным, но таким манящим вершинам. День и ночь практиковался он в колдовстве. Весь подвал его особняка занимали обширная и все пополняющаяся библиотека и алхимическая лаборатория, которой позавидовал бы любой, даже самый влиятельный Путь.

Он выстроил вокруг своего замка стену, выкопал ров и запустил в него кашанских саламандр, чтобы никто не посмел потревожить его покой, а нечисть, порожденная ужасными экспериментами, не расползалась по округе. И соседи почти забыли о самом существовании колдуна, лишь закрывали окна ставнями да старались не бродить ночью возле его владений.