Затопь

— Шансы у него! Серьёзные! — возмутилась мама. — Учится он! А слушаться старших чего не научился?! Знаешь, как ведут себя воспитанные сыновья?!

— Догадываюсь, — Фархат отложил ложку. — Наверное, как Фарид? Идеальный во всём?

Мама осеклась, задохнулась, лицо её как-то странно перекосилось, и Фархат впервые подумал о том, насколько она уже немолода. Старухой ещё не назвать, но морщины уже проступают явно, лицо потеряло форму, как бы оплыло немного, словно свечной воск.

В это же мгновение черты лица её стали жёстче, морщины прорезались глубже:

— Ты! — прошипела мама.

— Я знаю, — спокойно сказал Фархат.

Он правда знал. Никогда в жизни ему не стать таким, как Фарид, сколько он ни будет стараться. Идеальные оценки — этого мало, Фарид не просто хорошо учился, а был лучшим. Успехи в волейболе — этого мало, Фарид ещё и лёгкой атлетикой занимался, брал медали на соревнованиях. Вежливость и уважение к родителям — этого мало, Фарид их боготворил, заботился об отце, носил на руках мать.

Единственное, в чём Фарид не преуспел, так это в долгой счастливой жизни, так неудачно попал под машину, спасти его не смогли. Если бы Фархат мог, то с удовольствием поменялся бы с ним местами, да вот беда, его в тот момент ещё на свете не было.

Да что там, его родители тогда ещё даже не планировали. Даже не хотели.

Порой ему казалось, что так и не захотели до сих пор.

Они пытались вернуть Фарида, а не вырастить нового сына.

— Давай я помою посуду, — Фархат поднялся из-за стола, взял тарелку, на которой ещё оставалось немного еды, смахнул остатки в мусорное ведро.

Он знал, что сейчас мама снова начнёт ругаться: за то, что выбрасывает, не ценит её труд. Это было бы справедливо. Он это заслужил.

Так и не дождавшись её окрика, Фархат обернулся через плечо и обнаружил, что мама бесшумно плачет, сидя за столом, слёзы расплывались на скатерти тёмными пятнами. Тарелка выскользнула из пальцев Фархата, загрохотала по пустой раковине, но мама не обернулась даже на этот звук.

Насухо вытирая тарелку, Фархат представлял себе лицо отца, который вернётся и увидит заплаканные глаза мамы. И сразу догадается, кто был виной её слезам.

Взгляд Фарида на фотографиях прожигал его насквозь, оставлял в теле незаживающие раны с обугленными краями. Фархат ненавидел этот взгляд, ненавидел эти глаза, ненавидел это лицо, так похожее на его собственное.