Затопь

— Только рубашку запачкаешь, а мне потом стирать! Сядь лучше.

Фархат послушно опустился за стол, сложил руки на белоснежной скатерти. Прямо у него над ухом на экране телевизора героиня рыдала в объятиях героя.

— Есть хочешь? — мама снова перемешала еду на сковородке.

— Да, хочу, — кивнул Фархат.

— Так хоть тарелку бы взял, сидишь, ждёшь, что тебе всё принесут! Слуг в этом доме ещё не завели, если ты не заметил!

«Заметил», — мог бы сказать Фархат.

«Ты сама сказала мне сесть», — мог бы сказать Фархат.

«Зато завели меня», — мог бы сказать Фархат.

Он снова предпочёл промолчать, обменялся взглядом с фотографией, прицепленной магнитом на дверцу холодильника.

В чём маму точно упрекнуть было нельзя — на еду она не скупилась. В огромной, как безбрежное море, тарелке оказалось всё и сразу: ярко-жёлтый пряный рис, свежие овощи и жареные с мясом, поблёскивающие капельками жира, маринованный дикий лук — на любой вкус, и это не считая обязательного десерта. Фархат к сладкому был равнодушен, но десерт в этом доме подавался к любому приёму пищи — потому что сладкое любил тот, с фотографий.

— И чего ты опять вскочил, сам же есть хотел? — снова возмутилась мама.

— Чаю вскипятить хочу, — Фархат открыл кран, и поток воды гулом отразился от стенок чайника.

— Вредно сразу после еды чай пить! — строго выговорила мама.

Тот, с фотографий, чай не любил.

— Пока подостынет — будет не сразу, — упёрся Фархат. — Я всё равно кипяток не пью.

— С матерью он спорит! — всплеснула руками она. — Никакого уважения!

— Я не спорю, мам, — Фархат водрузил чайник на подставку, щёлкнул кнопкой.

Он вернулся за стол, взял в руки ложку и принялся за еду.

— Вот твой брат… — пробормотала мама себе под нос, но так, чтобы Фархат услышал. Не закончила фразу, прервалась на полуслове, как будто нечего тут было и говорить.

Фархат ел, не глядя по сторонам. Он чувствовал, как взгляды давят на него, не хотел встречаться с ними глазами. В кухне повисла тишина — если не считать бурного кипения кастрюли на плите, шума чайника и воплей из телевизора.

— Отец твой опять задерживается, — заявила мама с такой претензией, будто Фархат был виноват в этом лично.

Он снова промолчал — тут-то совсем говорить было нечего.

— Работает, себя не бережёт, лишь бы на твоё обучение заработать! — добавила мама, усаживаясь напротив него. А нет, похоже, виноват всё-таки был именно Фархат.

— Я хорошо учусь, — позволил себе напомнить он. — У меня серьёзные шансы учиться в университете бесплатно.