Затопь

— Конечно, неправильно, — легко согласился Фархат. — Неправильно жить в брошенном доме затопленного города, ты хотел сказать, да?

Артур промолчал. Последняя поддёвка Фархата, конечно, попала в цель, да и вообще он не пытался что-то доказать или как-то изменить сложившийся уклад жизни пятёрки сквоттеров, но его просто тревожил их подход. Как они вообще выживают с таким отношением?

— И что, у вас ни разу не было проблем из-за этого всего? — насуплено поинтересовался Артур.

— Почему? Были, — снова не стал отрицать Фархат.

— Я же сказал, мы выкручиваемся. Но честно сказать, это случается реже, чем ты можешь подумать. Наверное, всё просто складывается, как надо, и мы все понимаем, что невозможно постоянно бездельничать. Каждый нашёл себе дело по душе и иногда помогает другим, а Затопь помогает нам всем, вот и всё.

Вот и всё. Как будто это что-то объясняло.

Глава 10, о давних событиях которой Артур не знает

Взгляд начинал преследовать Фархата, едва он переступал порог дома. Фотографии были везде — висели на стенах, стояли на полках, торчали из-за рамы зеркала.

Одно и то же лицо смотрело на Фархата в любой точке пространства, и он почти научился жить с этим.

— Фархат? Это ты? — прокричала мама с кухни.

Там что-то, как всегда, кипело, плевалось маслом, парило, наполняя воздух горячей влажностью и ароматом всевозможных пряностей. По телевизору герои какой-то очередной мелодрамы с надрывом выясняли отношения, и Фархату пришлось повысить голос, чтобы пробиться сквозь их вопли:

— Это я!

— Чего ты вечно орёшь?! — прокричала мама.

— Не можешь нормально разговаривать?!

«Потому что ты всегда смотришь телевизор на полной громкости», — мог бы сказать Фархат.

«Потому что иначе ты меня не услышишь», — мог бы сказать Фархат.

«Ты сама вечно орёшь», — мог бы сказать Фархат.

Он предпочёл промолчать. Фотографии проводили его осуждающим взглядом.

Первым делом Фархат отнёс в свою комнату сумку, чтобы не валялась, где попало; затем тщательно вымыл руки и на всякий случай причесался, чтобы выглядеть аккуратнее.

Застегнул верхнюю пуговицу рубашки.

В зеркале отражался почти тот же человек, что смотрел со всех фотографий. Почти.

Фархат вышел на кухню, чмокнул маму в щёку — идеальный сын.

— Чего ты лезешь? — оттолкнула его мама. — Не видишь, у меня тут всё подгорает!

Она что-то яростно перемешала на сковородке, обжигающая капля масла клюнула Фархата в руку.

— Прости, — сказал он. — Тебе нужна помощь?

— Да чем ты поможешь?! — отмахнулась мама.