Тени и Власть

Но если бы кто-то вслушался в произносимые слова и сумел осознать говоримое, то быстро бы понял, что в них не было никакого всепрощающего светлого Бога, заступника и покровителя – там звучали совсем другие имена и воззвания. Сидящий на Бледном Троне Нави Король, Страж Границы и Проводник – всех их заклинал русский волшебник, чтобы добраться до души своего недруга, ушедшей в Ахират – ближневосточный загробный мир. Туда нельзя было попасть просто так, но и выбраться оттуда было непросто – мёртвецы должны лежать в земле, а души погибших пребывать в Царстве Мёртвых.

Но сила слов Салтыкова была настолько велика, а духи, к которым он взывал, настолько сильны, что затеянное им случилось – сначала в комнате резко стало жарко и сухо, словно бы невидимый ветер пустыни пронёсся по неё, оставив во рту ощущение песка.

Затрепетало пламя свечей, расставленных в магическом круге посреди комнаты, Свят Вениаминович довольно улыбнулся и стукнул посохом о пол, глядя, как в центре ритуального круга ровно над отрубленной человеческой головой и кистью соткалась полупрозрачная фигура бородача в белой дишдаше, недовольно скрестившего руки на груди.

– Али ибн Фарид ибн Мухаммад ибн Ахмет из рода Демир, Восточный Ветер и Песчаное Солнце, – произнёс русский, с удовольствием выговаривая каждое слово, – Вот мы и встретились.

– Кто ты? – фыркнул призрак, бросив злобный взгляд на Романова, бесстрастно стоявшего со своим посохом в одной стороне комнаты, и на Лисицына, нервозно вертевшего свою волшебную палочку в другой.

– Я тот, чьих людей ты обезглавил в Байрсброне, – неспеша произнёс Салтыков.

– Ты думаешь, я запоминаю всех, чьих шелудивых псов лишил их нечестивых голов? – фыркнул Демир и попытался выйти за пределы круга, но обнаружил, что магическая преграда стоит надёжно.

– Как жаль, что память твоя оказалась столь же короткой, как и твоя жизнь, – хищно улыбнулся Свят Вениаминович, – Внемли же моему слову!

– Ты не сможешь, – призрак рассмеялся в ответ, вскинув перед собой руку, – Твои слова ничто, можешь сколько угодно лепетать, но лишь до тех пор, пока я не доберусь до твоего горла и не сожму на нём свои пальцы!

Али Демир начал нараспев произносить слова на арабском, надменно ухмыляясь и сверля взглядом русского волшебника, стоявшего напротив него.

В столовой становилось жарче, словно что-то выжигало весь находившийся там воздух. Со всех сторон в магический круг задул горячий и сухой ветер, начав понемногу сдувать начертанные на полу мелом символы.