Ржавчина

Километра через два мы наткнулись на овраг — слишком глубокий, чтобы сунуться в него без подготовки. Да и мало ли что можно найти на дне.

— В обход, — предложила Рин.

Мы осторожно двинулись по кромке оврага, опасаясь уходить дальше — велик риск заблудиться. Я прищурился: за деревьями вдруг проступило что-то тёмно-зелёное, защитного цвета. Ещё через пару шагов мы увидели армейский грузовик. Обрадоваться не успели. Изъеденный дождями брезент сползал с каркаса, как плоть с костей, кабина и стекло поросли мхом, спущенные шины утонули в палой листве.

Этот автомобиль уже давно здесь.

И не только он.

За несчастным грузовиком открылось целое кладбище военной техники. Разбитой, изувеченной, вполне целой на вид. Самоходки, бронетранспортёры, кажется, даже танки. Некоторые настолько гротескны, что для них не подберёшь названия. Интересно, такие монстры действительно существовали, или реальность просто шутит над нами, как и всегда в «проклятых местах»?

От неожиданности мы даже притормозили, хотя идущая по пятам погоня не давала повода расслабляться.

— Это всё настоящее? — невольно вырвалось у Рин.

— Здесь и сейчас — да. — Я поколебался, но всё же приложил ладонь к дверце кабины — просто холодное железо. — Может, сюда и правда свозили списанную технику, чтобы потом утилизировать?

— На наших картах это кладбище не обозначено.

— На наших картах вообще много чего не обозначено. Странно, конечно, что не на полигон.

— Может, здесь как раз и был полигон? И что нам теперь делать, обходить или попробовать напрямик?

Обойти не вышло.

Мы свернули в сторону от оврага, но с каждым шагом всё равно углублялись в лабиринт машин — несмотря на то, что старались держаться левее. Впереди вдруг выросла длинная неровная вереница самоходок, выкрашенных в грязно-песочный цвет. Их будто бы бросили как попало, даже не закрыв люки. Оборванные гусеницы, пятна копоти на боках. Я попытался разглядеть знаки или надписи на броне, но не нашёл. Желания заниматься детальным осмотром не возникло.

— Не поворачивать назад, — тихо произнесла Рин, и я понял, что ей очень хочется нарушить эту заповедь.

Машин становилось всё больше, просветы между ними — всё реже и незаметнее. Чаще стали попадаться сгоревшие или подорванные. Небольшой грузовичок неведомая сила забросила на стоящего рядом собрата. После того, как в одном из рядов обнаружился выгоревший остов танка, место окончательно перестало мне нравиться.

Надеюсь, хотя бы стая потеряет наш след.

— Слышишь? — Рин вдруг схватила меня за руку.