Ржавчина

Один за другим его подчинённые исчезают в развилке мёртвого дерева, а я кусаю губы и молюсь всем богам, чтобы моё решение было верным. В конце концов на дороге остаёмся только я, Харнет и Раахан.

— Теперь вы.

— Ну уж нет, — неожиданно усмехается Раахан, — если мы вас, леди, тут одну оставим, нам ваш избранник при встрече уши надерёт. И прав будет. Так что пожалуйте вперёд. А командир всё равно при эвакуации замыкающим должен идти.

Он подсаживает меня, чтобы было удобнее влезть на развилку. Я чуть подаюсь вперёд, держась за ветку.

— До встречи на другой стороне.

И прыжок превращается в падение.

Где-то близко шумит река, и я рефлекторно делаю пару шагов, прежде чем догадываюсь посмотреть под ноги. Вот ты какой, костяной мост. Плотно пригнанные друг к другу берцовые и рёберные кости, позвоночные столбы — ступаешь как по булыжной мостовой. Перил не видно, края моста теряются во мраке, но сами кости светятся мёртвым фосфорным светом.

Мёртвым. Каким же ещё?

За спиной нарастает шум, пока вдалеке. Я перехожу на быстрый шаг, потом на бег. Не оглядывайся, не оглядывайся, не оглядывайся. Это единственное, что беспокоит меня — и ещё страх оказаться слишком близко к краю. Я неплохо плаваю, но окунуться в воды этой реки мне совершенно не хочется.

Шум переходит в грохот, будто за мной пустилась в погоню конница. Мерный плеск воды далеко внизу уже не слышен, но в грохоте за спиной я различаю крик — на разные голоса кричит сам мост, кричит от боли каждой своей косточкой, принимая тяжесть моего загадочного преследователя.

Кости по-прежнему светятся, указывая путь, но берег неразличим, там только темнота.

Ещё один рывок — и мост вылетает из-под ног, как ковровая дорожка, которую дёрнули за край. Треск костей, ужас падения, а за спиной — утробный рёв того, что валится сейчас в тёмную бездну вместе с остатками моста.

«Не знаю, кто ты и что ты, и почему решил защитить меня, но спасибо.

Свободный полёт в полной темноте обрывается неожиданно быстро. Какая-то твёрдая поверхность словно бросается под ноги, я теряю равновесие и едва успеваю выставить вперёд руки. Открываю рефлекторно зажмуренные глаза и осматриваюсь. Мёрзлая земля без малейших следов надоевшего вереска. Металлическое ограждение, за ним — я бы подскочила, не сожри путешествие из волшебной страны в нормальный мир все мои силы — асфальтовая лента дороги.