Ведьма

– Я занята! – она захлопнула дверь прямо перед носом Родиона.

– Так я позже зайду, – крикнул он.

– Непробиваемый идиот, – покачала головой Бану.

– Его стоит пожалеть, он поглупел из-за любви, – заметил Роман Аркадьевич, – «О пощади! Я, звуку слов твоих внимая, цепенею…»[2]

– Цепенел бы в другом месте,– проворчала Бану.

– Он правда верховный колдун? – спросила я.

– Правда-правда, – закивал Клим, – уже месяц как.

– А с прежнем что случилось?

– На пенсию ушёл.

– Как? – во всех преданиях звание верховного колдуна передавалась другому только после смерти предыдущего.

– Написал заявление об уходе Чуду и ушёл. К великому несчастью колдунов, самым сильным из них Родька оказался. Седьмой сын седьмого сына всё-таки, – Клим вернулся за свой компьютер, чтобы бросить мне приглашение в игру, – Как говорится, «Дар велик, да ум короток»[3], – перефразировал он поговорку.

– А Чудо здесь при чём? – всё ещё не понимала я.

– Как глава Охранного, Георгий Васильевич обязан знать обо всех важных перестановках и крупных событиях, – пояснил Роман Аркадьевич и протянул Бану документы, – напечатай, пожалуйста, и поищи некоего Рюрика, приторговывающего волшебными штуками.

– Ладно, – изобразив тяжёлый вздох, она забрала документы, – когда уже сам научишься. А это что! – вдруг взвизгнула Бану, вскакивая с места. Схватив Романа за руку, она задрала рукав его рубашки и уставилась на амулет.

– Как? Когда? Кто?.. – но вдруг осеклась и посмотрела на меня. От её тяжёлого взгляда я невольно поёжилась.

– Что там? – Клим вытянул шею, пытаясь разглядеть о чём говорит Бану.

– Я против! – заявила она, и её пальцы с короткими фиолетовыми коготками вцепились в красный шнурок, стараясь разорвать его или стащить с запястья Романа. Но ничего не получалось.

– Да что там? – сгорал от любопытства Клим.

– Ничего, – Роман мягко отвёл руки Бану и заглянул ей в глаза, – я сам так решил.

Бану фыркнула, как рассерженная кошка, и с наигранным безразличием, ещё больше демонстрирующим её обиду, произнесла:

– Как скажете.

Роман только головой покачал и ушёл.

– Так и что там? – не унимался Клим.

– Сказали же тебе – ничего! – цыкнула на него Бану, – и вообще…

Она подхватила бумаги и подошла ко мне. И замерла, уставившись так, как удав смотрит на кролика. Я вжалась в спинку стула, ожидая что она вот-вот кинется и задушит меня.