Кошмар на Басмановском проспекте

Вот только где… — И почему вы так уверены, что к этому имеет отношение Глухова?

Девушка не сразу поняла, что это фамилия Рыбки.

— Она была там. Разговаривала с…

И только сейчас Маша сообразила, почему не стоило этого говорить. Она узнала мужчину. Из–за его чар она оказалась на незастеклённом балконе поздней ночью несколько месяцев назад. Ветер словно коснулся юной кожи вновь.

— Мария, – следователь пощёлкал пальцами напротив её носа. — Продолжайте.

Ему не нужны фиолетовые глаза, чтобы быть таким же пугающим и чарующим одновременно, как тогда.

— Я вам больше ничего не скажу.

Он пожал плечами и с громким хлопком положил на небольшой стол личное дело Евы Лебедевой.

ГЛАВА 13. Семейные дела

Чай давно остыл. Пономарёв без какой–либо цели продолжал держать кружку, хотя не сделал ни единого глотка.

Отец обещал провести сегодня с ним «серьёзный разговор». Больше удивляло и пугало одновременно не то, что Макс, возможно, отхватит чапалах за недавнюю выходку с побегом из дома, а сам факт, что отец желает с ним поговорить.

Подобное случалось крайне редко, ведь они буквально редко видятся. На памяти юноши всего один случай. Тогда родители подошли к нему, двенадцатилетнему мальчику, сказали, что он уже взрослый и ответственный, поэтому сможет позаботиться о младшей сестрёнке, ведь им нужно уехать в командировку.

И он смог. А родителей не было дома три месяца, если не считать за «визиты» деньги, которые они переводили на заранее вручённую карту.

Макс в начале не очень понимал, что с ними делать, но довольно быстро разобрался.

Лиза часто спрашивала, где мама с папой; плакала, когда подолгу их не видела, и очень радовалась, когда они приезжали домой.

Обычно их отсутствие не выходило за рамки шести месяцев, ведь им нужно было иногда появляться на родительских собраниях и в садике, чтобы другие взрослые не задавали вопросов.

Они, как ни странно, их почти не задавали. Максим, примерно когда ему стукнуло четырнадцать, счёл это безумно странным.

И до сих пор он уверен, что окружающие знают нечто важное, о чём он сам даже не догадывается. Или всем эти людям заплатили много денег. Одно из двух.

Раздался поворот ключа в дверном замке. Макс глупо подпрыгнул на стуле от неожиданности.

— Привет, – произнёс отец, снимая пальто, плечи которого были усыпаны хлопьями снега. Выражение его лица казалось нечитаемым. — Жди меня в своей комнате. Я помою руки и подойду.

Макс неохотно кивнул.

В комнате было некомфортно.