Сатурналии

И тогда я услышал стук металлических шариков, а под моими хищными лапами раздался писк мелкой твари.

— Стой, демон! Остановись и выслушай!

Опустив голову, я снова увидел пингвина. В этот раз с ним было что-то не так. Вместо птичьей головы с клювом, я увидел лицо доктора Курпатова, в очках с золотой оправой.

— Опасность! Заговор! — тут же заверещал пингвин Курпатов.

Действительно, каждой огненной чешуйкой тела я все это время ощущал подвох и опасность, но не обращал на это внимания.

Пингвин откашлялся и быстро продолжил:

— Тебя используют! Твоя личная месть станет началом всеобщей войны! Земля погибнет! Умоляю, остановись!

Погрузившись в огненное море своего подсознания, я вспомнил всё, что происходило со мной и всеми, кто связан со мной последними несколькими днями.

Передо мной предстала совсем другая картина реальности. Цельная, завершенная, несущая тотальное разрушение и смерть. Но в этой новой реальности мне не было места. Мне уделялась роль конферансье, объявляющего начало концерта, и тут же уходящего со сцены.

Злость вскипела во мне. Но теперь уже некому было мстить. Разве что всему мирозданию, подготовившему предстоящую катастрофу парадом планет.

И я снова почувствовал себя обыкновенным жителем Сатурна, инопланетным чужаком, который просто очень устал, устал, как никогда, и который ничего больше не желает, кроме покоя и возвращения Домой. Хотя там совсем не весело.

Каким бы ни был дом, всегда приходит пора возвращаться.

Я повернулся к противнику, который тут же поднял гарпун над головой, до этого момента как будто забыв о драке.

— Катитесь вы все к чёрту! — прокричал я и отпустил тело Кости. Он рухнул кулем за моей пылающей спиной.

Пингвин Курпатов хлопнул осевшего Костю крылом по щеке, и указал на безопасное место под аркой. Костя поднялся и кинулся на выход с пингвином в руках.

Мне стало понятно, кто сидит в бойце с акульими зубами. Тот самый юпитерский выродок, который собирался воспользоваться мною, чтобы объявить Сатурн вне закона сразу после подрыва трибун и начать галактическую войну.

Нет, я не дам ему этой возможности.

Я разорву на части его подлую сущность.

Прыгнув на бойца, я припечатал его к земле.

— Изыди! — прокричал я прямо в акулью пасть.

Но выходить демон явно не собирался. Хитрый юпитерец спрятался в глубине землянина и затаился.

Передо мной вдруг оказался испуганный мальчишка, в ужасе хлопавший большими глазами.