Нет никакого добра

Нет никакого добра

Светлана Весельева

Нет никакого добра

Ангел толкнул деревянную дверь и прошёл в дом. На него пахнуло теплом и вкусным ароматом хлеба, скрипнула под ногами половица. Ангел встряхнул крыльями, отряхивая снег. Белые комочки осыпались на пол и тут же растаяли, превращаясь в маленькие лужицы. Ангел переступил с пола на цветной домотканый коврик, потёр ногу о ногу, пытаясь отогреть замёрзшую ступню, и посмотрел на мужика, сидящего в центре комнаты за столом.

Мужик чинил валенок под свет керосинки.

Ангел снова потёр ногой о ногу. В этот раз от недоумения. Обычно, когда он входил в человеческое жилище, хозяева дома бухались на колени в благоговейном трепете, стукались лбами об пол, выражая особое почтение, потом эти лбы крестили и смотрели на ангела влажными глазами с улыбкой умиления.

— Ты это… перекрестился бы, что ли… невежливо молчать, когда гость на пороге, — заметил ангел.

— А я тебя звал в гости? — спросил мужик, не поднимая головы.

Ангел молча стал рассматривать комнату. Выбеленная печь распространяла жаркое тепло, трещали в её зеве дровишки. На столе, рядом с которым работал мужик, лежал каравай, прикрытый чистым полотенцем.

— А я ведь к тебе по делу. Весть благую принёс, — снова нерешительно проговорил ангел.

— Принёс — выкладывай, — сказал мужик и посмотрел на гостя. Белая ангелова рубаха вымокла до колен. Значит, снегу за день насыпало много, надо бы дорожку почистить.

— Услышь, Семён! — начал ангел, простирая вперёд руки и придавая голосу мистически-трагические нотки.

— Может, к делу сразу? — оборвал его Семён. — Чего надо? За сапогами, что ли, пришёл? — спросил он, разглядывая красные с мороза босые ноги ангела.

— Почему за сапогами? — смутился ангел.

— Ты босой, а я сапожник, — сказал Семён.

— Нет, я пришёл предупредить тебя. В эту ночь вся вода в округе будет отравлена. И всякий, кто её выпьет, станет сумасшедшим. А ты Семён — мужик хороший и решено было тебя от этой участи спасти. Ты воду из колодца три дня не бери. Ходи за водой к лесному ручью.