Квартал

***

Кухня велика, но скупа, и Порядок в ней свой, особый. Тёмные кирпичные стены, оштукатуренные и оклеенные изнутри вечно пожелтевшими обоями. Глухие коридоры, тянущиеся в чахоточных сумерках ламп. Двери, порой приводящие вовсе не туда, куда должны. Пустующие комнаты, в которых не водится, кажется, ничего и никого, кроме крыс и бульканья воды в трубах.

Коза поёживается порой от своего нового Дома, место в котором она вместе с Лепрой унаследовала от Мальборо. Прежде им дозволено было лишь ожидать своего патрона на пороге и, если повезёт, курить.

Теперь же они будто бы оказались допущены в святая святых, в обитель всемогущего Йотуна, слывущего хозяином Высокого, а теперь уж, может, и всего Квартала.

Удовольствие сомнительное, но все же сопряженное с определённым самоуважением. Вот только разве… стоило это смерти Мальборо? Хочешь не хочешь, а начинаешь себя в ней винить, пусть даже и знаешь о ней лишь понаслышке. А перед глазами все стоит йотунова тризна по названому сыну. Длинный стол с темными горшками, заполненными кутьей и мясом.

Яга и Пиноккио раскладывают их содержимое по тарелкам, медленно обходя комнату. Помаргивают голые лампы под потолком. А где-то совсем рядом, в холодильнике, разве что не на крюке — труп Мальборо. Бледный, холодный, нескладный, как туша неведомого зверя. И ничего в нем не осталось от того смоляного бога, что водил за собой лихую ватагу по Высокому Кварталу — только шляпа, да волосы в куйтючьем жире. Не то чтобы прежде Козе не доводилось видеть смерти и мертвецов — куда же без этого.

И Сципионка со вспоротым горлом и брюхом, и Чик, бросившийся ни с того ни с сего под трамвай… Вот только всё же сложно представить, что такое могло случиться и с Мальборо. Как ни крути, он стоял куда как выше всех их — и не только потому, что был вхож в Кухню. И теперь видеть его мёртвым, да ещё и убитым собственным ножом, как-то особенно странно и страшно.

И от спокойствия Йотуна, едва пахнущего скорбью, только страшнее.

От зловредных мыслей Козу отрывает звон обеденного колокола.

Новая традиция, введённая Хозяином Кухни… Или не такая уж новая, почём знать… Каблуки казаков стучат по дощатому полу.

Ровно.

Чётко.

Словно так проще не затеряться в коридорах и комнатах. Кроме главной лестницы и лифта, в Кухне есть ещё ещё много лестниц и переходов, выходящих иногда на дворовую сторону здания. Местами этажи оказываются поделены надвое деревянным настилом, из-за чего становятся похожи на полумифические катакомбы Трущоб.