О носах и замка́х

Жалоба, помните? Вы велели разобраться, сэр. Все началось с нее…

И Бэнкс рассказал старшему сержанту все, что произошло после того, как он отправился к полоумной кошатнице: и о таинственном воре-коротышке, и о пьянице Граймле, и об этом Фише в апартаментах «Доббль».

– Так что, как видите, сэр, мы расследовали кражу куклы и…

– Вы – недоумки! – проскрежетал Гоббин. – Я велел вам прийти к старухе, выслушать ее бредни и наобещать ей всякого, чтобы она отвязалась и прекратила донимать мою кузину. А та, соответственно, прекратила донимать меня.

Но нет, – он снова ткнул пальцем в фотографию – теперь уже в Хоппера, – вы решили что-то там расследовать! Учинили беспорядок! Влипли в историю! Попали в газету!

– Но, сэр, – осмелился возразить Бэнкс, – я решил, что вам нужен результат. А когда оказалось, что в деле замешан Граймль…

– Ну и что же? – с пугающе ласковыми нотками в голосе спросил сержант. – Что Граймль? Вы вытащили эту занозу из моего пальца?

– Сразу, как Фиш сбежал, мы отправились к Граймлю в контору, но его и след простыл.

– След простыл? Даже не смейте произносить своими бездарными ртами подобные профессиональные выражения! Ничего не можете сделать! Открыли пальбу! Испортили частную собственность! Вы, видимо, сейчас недоумеваете, почему я так спокоен, верно?

Гоббин больше не выглядел спокойным. Ярость пробивалась едва ли не через все поры на его лице, а жуткий правый глаз с бельмом казался подчиненным еще страшнее, чем обычно.

– Господин Доббль, хозяин апартаментов «Доббль», к вашему идиотскому сведению, близкий друг достопочтенного судьи Сомма, – продолжил сержант.

– И сейчас достопочтенный судья Сомм здесь, наверху, пытается узнать, отчего его разбудили до обеда и заставили сюда волочиться. Он, скажем так, не в слишком-то хорошем расположении духа.

Тут оба констебля испугались еще сильнее: судья Сомм был личностью во стократ хуже сержанта Гоббина. Последний лебезил перед господином судьей, боясь вызвать малейшие признаки его неудовольствия. Поговаривали, что судья Сомм – негласный хозяин Тремпл-Толл, и что все здесь устраивается согласно сугубо его прихотям.

Привлечь особое его внимание было худшей из возможных перспектив. И все же констебль Бэнкс нашел в себе силы ответить сержанту:

– Сэр, – начал он твердо и рассудительно, – со всем уважением, но мы следовали установленным предписаниям. Выслушав жалобу потерпевшей особы, мы отправились на поиски злоумышленника. Нас нельзя наказывать за четкое следование вашему приказу.