О носах и замка́х

Нам ведь нужны денежки, так? А значит, нам нужны гремлины, которые, скорее всего, их сторожат. У нас очень мало времени, если мы хотим опередить этих…

– Тогда прямиком на заброшенную фабрику «Терру»?

– Именно.

Констебли ускорили шаг и двинулись в сторону канала.

– К слову, Бэнкс… – сказал вдруг Хоппер. – Я тут хотел уточнить: ты ведь на самом деле не стал бы убивать этого Граймля, верно?

– Конечно, нет, – ответил Бэнкс. – Но он должен был поверить, что ему вот-вот придет конец. Ты молодец, что подыграл. Прибавил весомости моим угрозам, сделал их более серьезными: мол, если даже один из нас понимает, что это «слишком», то ему уж точно стоит развязывать узел на языке.

Хоппер вздохнул с облегчением.

– А я-то перепугался. Очень правдиво все выглядело.

– Да-да… – покивал Бэнкс и искоса глянул на напарника – какой же тот все-таки легковерный болван.

– Кстати, занятная процедура, надо будет ее почаще использовать, – добавил Хоппер. – Один пугает, а другой как бы защищает. Добряк и злыдень. Как тебе идея?.

…Тем временем двое из пятерки клерков по особо важным делам схватили Граймля, засунули ему в рот кляп, связали за спиной руки и даже надели на голову мешок. После чего агенты банка двинулись в конец Панталонного переулка, потащив частного сыщика с собой.

Следом за ними, заплетаясь в ногах от страха, семенил еще один человек, нервный мистер в клетчатой галстуке-бабочке и с громоздкими фотографическими очками, поднятыми на тулью котелка.

– Могу я удалиться, мистер Ратц? – заискивающе проговорил он, обратившись к старшему клерку по особо важным делам.

– Полагаю, в вашем присутствии действительно больше нет надобности, мистер Трилби, – ответил мистер Ратц, когда они подошли к черному экипажу, куда тут же затолкали мистера Граймля. – Банк вам благодарен: вы передали нам важные сведения, которые выведут нас на грабителей.

– А мой эксклюзифф для завтрашней статьи?.

– Папка от мистера Портера будет помещена в ваш почтовый ящик еще до рассвета.

– О, благодарю-благодарю… – залепетал газетчик. – Тогда я откланиваюсь. Мое почтение мистеру Портеру.

Бенни Трилби приподнял котелок и потопал прочь, ежесекундно оглядываясь.

Вскоре в экипаж втиснулись все клерки, дверцы закрылись, и механик толкнул рычаг. В полной тишине, что было весьма необычно для обычно рокочущих паровых экипажей, «Трудс» покатил в сторону улицы Граббс.