Ангел на шпиле

Анна выполнила своё дело, Анна могла уйти.

Миша облизнул губы. Он понял, что драка будет не сейчас, но было не понятно: будет ли потом.

— Девушке, не видевшей жизни, не хотелось умирать. Любимица отца, выданная замуж ревнивой матерью, она отчаянно цеплялась за жизнь. Жизнь, которая не дала ей ни любви, ни величия, ни счастья. И в тот миг мы встретились. Аня никогда не была особенно набожной. Это часто случается в смешанных семьях, где отец придерживается одной, а мать другой веры. Впрочем, в её семье, ни мать, ни отец не отличилась религиозностью.

— И в чём проблема? — вежливо поинтересовался Миша.

— В том, что выбор даты смерти я оставил за собой. И сейчас решил, что её срок истёк. Впрочем, если желаете, можете её заменить. — насмешливо протянул дьявол.

— Оливьер, — к Анне вернулся голос: — прекрати! Ты можешь забрать с собой меня, но у тебя нет власти над ним! Мы с ним едва знакомы...

— Ань, ты серьёзно?

— Миш, прости.

— ... замечательный и очень хороший человек, — насмешливо подхватил мужчина: — Слушай, как там тебя... Салат! Я готов поменяться на Аню, только не трогай своими клешнями девчонку. Лишь один момент: если я пойду с тобой, то сколько лет ты добавишь ей? Или она будет вечно жить на этом свете?

— Вечно, — злобно ухмыльнулся Оливьер, потушил сигару и уставился на мужчину горящими глазами.

— Отлично. Тогда я пойду с тобой. Если захочешь.

Небо набухло тучами, сизая река засверкала металлом.

— Миша! — горестно вскрикнула Аня: — Ты не понимаешь…

Он наклонил к ней бородатое лицо:

— Спасибо за Грету... Помнишь пожилую женщину в Дахау? — прошептал тихо. Пушистые усы коснулись её руки.

Аня остолбенела.

Сверкнула молния — первая в этом году. Из вишнёвого пиджака выпростались огненные крылья, из пальцев — кривые когти. Оливьер зашипел, надвигаясь на неподвижного Мишу. Аня закрыла глаза, но даже через сомкнутые веки увидела яростную вспышку.

— Ты лжец и лжёшь! — громом прогрохотал разгневанный голос: — Нет у тебя власти давать жизнь вечную!

— Я ошибся! Ошибся! — жалобно пропищал демон: — Я отказываюсь от замены её души тобой. Но соглашение двадцать восьмого года действительно! Она должна умереть!

— И она умрёт, — согласился грозный голос, — но не ты поведёшь её с собой. Прочь!

Аня открыла глаза. Дождь хлестал по лужам с первобытной яростью, вода в Неве кипела.