Историй о воре сновидений

– Пару стаканов, – пожала плечами я.

Отчего-то папа расхохотался в голос. Потом для приличия нахмурил брови, попросил больше не пить крепкие алкогольные напитки на чужой территории и довел меня до спальни.

Сказав, что дальше справлюсь сама, я толкнула дверь и попыталась незаметно просочиться в комнату сквозь небольшую щелочку между дверью и косяком. Отец пожелал мне спокойной ночи из-за двери и спустился вниз, в свой кабинет.

Не раздеваясь, я упала на кровать. Сказать, что мне было плохо – ничего не сказать. Меня тошнило от любого запаха, а боль усиливалась после каждого услышанного мною звука.

– У тебя идет кровь из носа, – фея сел на край моей кровати, протянув чистый носовой платок.

– Спасибо, я не заметила – оправдалась я.

Юноша заботливо поднял меня на подушках и помог мне убрать растрепавшиеся волосы с лица.

– Ты ела сегодня? – устало спросил он, подавая мне стакан с водой.

– Нет, – отмахнулась я. – Не смогла.

– Молодец, – протянул он и поджал губы.

Я усмехнулась. Человек, из-за которого я неважно себя чувствовала, пытался волноваться за мое здоровье.

– Дай мне капель пиона или пустырника, я засну, и ты сможешь приступить, – спокойной сказала я, разглядывая испачканный платок.

Мефистофель посмотрел на меня так, словно собирался ударить. Он встал с кровати и подошел к окну. Я ждала, когда юноша закурит, но он почему-то не сделал этого. А жаль. Несмотря на дурное самочувствие, эстет во мне не уснул. Я даже готова была терпеть отвратительный запах табачного дыма.

– У тебя есть сигареты? – спросила я после долгого молчания.

– Ты хочешь курить? – удивился он.

– Нет, – отмахнулась я. – Просто не могу понять, почему ты не куришь.

– Бросил, – коротко ответил Мефистофель, протягивая мне свою фляжку.

Я недоверчиво взяла флягу в руки и, открутив крышку, принюхалась – ничем не пахло. Я сделала маленький глоток и, убедившись, что во фляге вода, выпила треть фляги. Мне стало чуть легче. Мне вообще становилось легче в присутствии Мефистофеля.

– Помнишь, ты спрашивала, чем я занимался, до того, как стал работать на добро? – спросил фея, не поворачиваясь ко мне лицом, видимо, с луной ему было разговаривать проще, чем со мной. – Я был мастером механических музыкальных шкатулок. Не современных, которые продаются на каждом углу и пиликают, стоит нажать кнопку, а других, отчасти похожих на часы: с шестеренками, колокольчиками, танцующими фигурами…

– Ты был хорошим мастером? – спросила я.