Историй о воре сновидений

Мне не нравились его глаза: слишком светлые, почти прозрачные с длинными бесцветными ресницами. Они казались мне жестокими.

– Это тебя не касается, – тихо ответил он.

Я хотела было обидеться, но у меня не получилось. Возможно, из-за общей нелепости ситуации, возможно, из-за моего неудержимого любопытства.

– Ты, наверное, часто видела клоуна, который бесплатно раздает шарики всем маленьким детишкам? – вдруг спросил юноша. – Он обычно бывает на центральной площади нашего города… Вот он на стороне зла, хотя работает ветеринаром и обожает пушистых кроликов.

– Клоун – злая фея? – округлила глаза я. – Я думала, что злых фей не бывает.

– А бывают только феи, в чьем внутреннем мире нам не удалось разобраться, – пробурчал юноша. – Ты права, у них это иначе называется, но функции похожи… А знаешь, что самое противное?

Мы остановились друг напротив друга. Холодный ветер поднял осенние листья в воздух вместе с песком и закружил их по земле в вихре. Я спрятала подбородок в воротник. Новый порыв ветра наклонил до земли тоненькие рябинки, высаженные год назад вдоль дороги.

– Что?

– Зло может раздавать шарики, ничего не прося взамен. А мы, добро, должны собрать множество хороших мыслей и снов, для того, чтобы исполнить чье-то желание. Причем, наши сборы никогда не проходят бесследно для доноров. Мы пришли.

Я не сразу услышала его последние слова. А когда услышала, было неловко поворачиваться и уходить первой.

– Как тебя зовут? – спросила я, вместо того, чтобы попрощаться.

– Мефистофель, – ответил фея.

Я кивнула ему на прощание и с улыбкой пошла к Нике. Отчего-то впервые за долгое время хотелось горько плакать, по-детски размазывая слезы по щекам.

***

Я пришла домой поздно вечером, практически не чувствуя твердой поверхности у себя под ногами. Земля вдруг стала очень мягкой, я проваливалась в нее по колени с каждым шагом; а иногда она даже играла со мной в интересные игры. Хорошо помню, как тропинка отпрыгивала от меня то вправо, то влево, когда я хотела сократить расстояние и пройтись через палисадник.

Стараясь, не разбудить родителей, я поднялась на крыльцо и долго не могла попасть ключом в замок. Наверное, мои попытки сопровождались громкими звуками, потому что дверь мне открыл папа.

– Мы пили, – соврала я, чтобы избежать дальнейших расспросов.

– Это интересно, – усмехнулся папа. – Что пили-то?

– Водку! – лихо предположила я.

– И много выпили? – папа развеселился еще сильнее.