Основы человечности для чайников

Он снова поджал её, опёрся о парапет, украдкой перевёл дух.

— Можно в кафешку зайти, — сжалилась Ксюха. В конце концов, ей помощь предлагают. Жизненно необходимую. Хоть и каким-то очень странным образом.

— Да у меня с деньгами не очень… Ну, в смысле они вообще-то есть, но не здесь.

— В торговом центре недавно фудкорт открыли, там можно и просто так посидеть, не выгонят.

А ещё там куча народу и несколько выходов, один из которых возле туалета. Если что-то пойдёт не так — можно отойти помыть руки и быстренько слинять.

— Далеко?

Он что, ещё и не местный? Или придуривается?

— Не очень, минут пятнадцать пешком.

Людвиг задумчиво покусал губу. Затем, решившись, кивнул.

— Ладно, прогуляемся. Только… не против, если я тебя под руку возьму? А то из меня сегодня пешеход так себе.

Теперь задумалась Ксюха. Ненадолго.

— Если что — я буду орать и вырываться, — честно предупредила она. Но руку всё же подала.

Людвиг ухватился за неё, сжал чуть повыше локтя. Сказал вполголоса, словно самому себе:

— Не успеешь.

И щёлкнул пальцами.

— Ааа… — начала Ксюха.

И не закончила.

Потому что людная дневная набережная внезапно растворилась. Выключилась, как картинка в телевизоре. Исчез влажный осенний воздух, и шуршащие листья, и деревья, и река, и асфальт, и даже просто ощущение земли под ногами.

Не было яркой вспышки, темноты, света в конце тоннеля. Было просто странное ничто: без запахов, звуков, цветов.

Ксюха бы наверняка упала от неожиданности, но чужие пальцы всё ещё крепко держали её за плечо.

— …ааа, — закончила Ксюха.

То, что задумывалось как крик, в итоге оказалось чем-то средним между жалобным стоном и восхищённым вздохом. Причём ближе ко второму.

Потому что когда Людвиг разжал руку, когда под ногами снова появилась опора, а перед глазами картинка — Ксюха обнаружила, что находится не на знакомой набережной, а в каком-то совсем-совсем другом месте.

* * *

Комната, в которой она оказалась, была квадратная. Или даже кубическая. Ровненькая такая, правильная — и почти пустая.

Посередине одной из стен находился здоровенный камин, перед ним — ворох шкур, в углу — одинокое кресло. И всё, больше никакой мебели и никакого декора. Как будто кто-то решил создать в «Симсах» охотничий домик, но фантазии хватило только на деревянные стенные панели, а денег — на две двери и камин. На окна и люстру уже не хватило.

— Вот так-то лучше! — Людвиг с блаженным стоном повалился на шкуры и вытянул ноги к огню.