Планы на осень

Протер себе безымянный палец левой руки, надколол подушечку, дождался, пока наберется капля крови и предложил женщине напротив. – Примите, как лекарство.

- Вот уж нет.

- Сейчас рана засохнет, а второй раз мне себя жалко.

- Сначала справку принесешь из «кожвена». И я еще подумаю.

Я прижал ранку салфеткой:

- Скоро бес догадается и станет атаковать не кожу, а разум. Ему надо напомнить, кто запечатал его в это тело.

- То есть, чужая кровь не подойдет? – Сделала вывод Анна Викторовна.

- Вы же не вампир, - недоуменно пожал я плечами.

– Вам нужно испугать, а не задобрить.

- Сволочь ты, Миша. – Уже устало произнесла подполковник, подытоживая недавний разнос.

Кто ж знал, что у майора язык без костей… Вроде, пронесло – по второму кругу орать не будет, не тот характер.

- Но сволочь полезная, - заодно напомнил я. – У меня уже четыре подписи за октябрь.

- Вчера же было три? – Без особого интереса уточнила она.

Собственно, вчера все равно пришлось с ней объясняться – майор без ее личного визита отпускать меня не желал.

Там-то три «подписи» и прозвучали в качестве аргумента защитить и поддержать ценного сотрудника.

- В метро припадочного заметил – паренек на полу валялся и пену изо рта пускал. Шарф сбился, на шее – наклейка с татушкой «Инты». Кто-то наловчился очень качественные делать, возьмите на заметку. Пришлось снимать, чтобы парень не помер.

- Ножом, с кожей? – Выдохнула шеф с отзвуком начинающейся мигрени.

- Ага, лезвием канцелярского ножа. – Бодро отрапортовал я.

– Тату уже проросла, ее только с кожей и срезать… В общем, все руки в крови, он же еще брыкается… - Недовольно оглядел я мелкие темные пятнышки на рукавах студенческого костюма. - Потом, понятно, свидетели меня скрутили и держали до прихода полиции.

- Полиция попинала? – Отчего-то с надеждой уточнила та.

- Еще как, - невольно пошевелил я левой рукой и скривился от прострелившей боли. – Зато потом разобрались и галочку поставили.

- То есть, я отомщена. – Впервые улыбнулась Анна Викторовна.

- Надеюсь, вы ощущаете это в достаточной мере, чтобы посодействовать мне в другом вопросе, - изобразил я вежливую улыбку.

- Что на этот раз?

- Анна Викторовна, меня из общаги выселили и куртку в метро порвали.

- Сочувствую. Сочувствую. Не задерживаю. – Указала подполковник глазами на дверь.

- Мне бы где-то переночевать.

Эту ночь кое-как поспал в полиции – кроме поставленной «галочки» мне разрешили подремать в комнате отдыха.