Нечеловеческие хроники

Если бы сейчас воздух начал искрить, думаю, что это никого бы не удивило!

 – Возвращаемся в замок, – в голосе Дария снова послышался металл, – Надо увезти ее отсюда. Все объяснения позже! 

Наше возвращениеc охоты, больше походило на возвращение боевого отряда, провалившего задание. Злые, настороженные лица, все перепачканы кровью, в сопровождении сытых, довольных собак.

Прислуга  и раньше почти незаметная, словно испарилась, хотя Нинон, по-прежнему удавалось получить все требуемое незамедлительно.

Маркус уложил Монику на кушетке в гостиной и, убедившись, что это все, что он может для нее сейчас сделать, повернулся к нам с Дарием с таким выражением лица, что холод с новой силой стал прогуливаться по моей спине.

 – Ну?! – он явно ожидал ответов на свои вопросы.

К сожалению ответов у нас не было и я не нашла ничего лучшего, чем рассказать то, что было известно мне самой.

Когда я закончила рассказывать, воцарилась мертвая тишина. Внезапно Маркус подошел к Дарию вплотную и угрожающе прошипел:

 – И ты решил ничего никому не рассказывать?!

 – Да. – коротко ответил Дарий.

Молниеносное, смазанное движение застыло кулаком Маркуса возле скулы Дария.

 – Бей, я не исчезну, – тихо сказал Дарий, не шелохнувшись.

Маркус вздрогнул, опустил руку и отошел к кушетке, где лежала Моника.

Внезапно в глазах Маркуса промелькнуло что-то безумное.

Очень медленно, словно с трудом оживающая механическая кукла, он стягивал перчатку с руки, после чего дотронулся голой рукой до предплечья Моники, незащищенного ни единым клочком одежды.

Внутренне, я сжалась, представляя какую боль Маркус сейчас должен испытать, так же предполагая  увидеть бессознательную судорогу или попытку Моники отстраниться от источника нестерпимой боли, но ничего не произошло!

 – Ее нет в теле!

Возглас Маркуса вырвал нас всех из состояния ступора, однако тишину никто не нарушил. В воздухе повис вопрос, который никто не решался высказать вслух.