Нечеловеческие хроники

В обычном понимании — это удар, связанный с падением сокола с высоты на добычу, кульминационный момент в охоте с ним. В классическом виде ставка представляется следующим образом Сокол поднимается высоко в воздух, забирая по возможности выше. Оттуда, сложив крылья, он камнем падает на добычу, развивая скорость в пике примерно 100 км/ч. Достигнув птицы, хищник выбрасывает вперед лапы и касается ее когтями задних пальцев — происходит удар по жертве. Если атака удачна, то удар идущего с высоты сокола так силен, что птица, потеряв часть перьев, кубарем падает на землю убитой либо серьезно раненной.

 

7  Гарро́та (исп.

garrote, dar garrote — закручивание, затягивание; казнить) — испанский способ казни через удушение. Первоначально гаррота представляла собой петлю с палкой, при помощи которой палач умертвлял жертву. С течением времени она трансформировалась в металлический обруч, приводившийся в движение винтом с рычагом сзади. Перед казнью осуждённый привязывался к стулу либо столбу; на голову ему надевался мешок[1].

После исполнения приговора мешок снимали, чтобы зрители могли видеть лицо жертвы. Позднее гаррота совершенствовалась. Так, появилась каталонская гаррота, где винт был снабжён остриём, которое при повороте постепенно ввинчивалось в шею осуждённого и дробило ему шейные позвонки. Вопреки сложившемуся мнению, такое приспособление было «гуманнее», так как жертва умирала быстрее.    

8 Кровохлебка лекарственная — многолетнее травянистое растение из семейства розоцветных, используется как вяжущее, болеутоляющее, кровоостанавливающее и ранозаживляющее средство.

Глава 20. Вне тела

Порыв сильного ветра унес туман, оставив на траве распростертое тело Моники.

 – Час от часу не легче! – вскричал Маркус, стремглав бросившийся к бесчувственной Монике.

Мы окружили их плотным кольцом, наблюдая безрезультатные попытки Маркуса, привести хранительницу в чувство.

 – Она дышит еле заметно, похоже на летаргию… что вы ей дали?! Что это было?! – Маркус переводил гневный взгляд с меня на Дария.

Дарий склонился над Моникой, прислушался к ее дыханию, затем приподнял веки, и мы все невольно отшатнулись от этого жуткого зрелища! Ее глаза были абсолютно белесые, словно закрытые белой непрозрачной пленкой!

 – Что тут, черт возьми, происходит?! – чувства Маркуса зашкалили, его голос переполняли паника и такой гнев, что его волны можно было ощущать физически.