Армия мрака

Но доктора снова не было в кабинете, возле стола сидела одна Катя и что-то рисовала на листочке. Увидев Пашку, девочка смутилась и юркнула в палату, а через пару минут вышла оттуда в своей школьной форме, причёсанная и с туго заплетёнными косичками. Илья про себя поразился такому преображению. Он представил Пашку и Катю друг другу. Однако затем в воздухе повисло неловкое молчание.

– Правда, что на тебя не действует магия? – спросил Зоренко.

Девочка молчала.

– Правда, правда, – влез Русаков.

– А как тебе это удаётся?

– Я бы сама не смогла.

– Кто? – разом спросили Илья и Пашка.

– Господь, – девочка снова опустила глаза. – Я верю в Него, и Он мне помогает.

Зоренко недоуменно покосился на Русакова. Тот молчал.

– Так а делать-то что надо? – Пашка снова перевёл взгляд на Катю.

– Верить. И просить. И ничего не бояться.

Пашка почесал курчавый затылок.

– Ладно, нам пора, – сказал Илья, который снова зорко следил за часами. Катя проводила мальчишек до дверей.

– А где Пал Аркадьич-то? – спросил Русаков.

– Он пошёл к одной девочке из пятого класса. У неё после практики припадки начались. То лает, то мяукает. То вроде бы нормальная.

Илья внутренне напрягся, но понимающе кивнул. У них год назад после практики с некоторыми из учеников тоже такое случалось. Особенно с девчонками. Потом вроде прошло. С ними тогда много работала школьная психологиня Инна Григорьевна. Кругленькая такая, улыбчивая, но какая-то ускользающая, словно была она не настоящей, а голографической.

Глава 9

После кинопоказа Димка Туранов и Серёжа Сергеев обступили Пашку с вопросами:

– Где ты был? Эдик заметил, пришлось сказать, что тебя к директору вызвали.

Пашка вопросительно посмотрел на Илью. Тот напрягся. Взгляд Зоренко словно говорил: «Этим парням можно доверять». Русакову не особо хотелось, но пришлось уступить.

Через несколько дней воспитанники гуляли на школьном дворе. Все классы выходили на улицу по расписанию, чтоб не создавать запруду народа. И вот во второй половине дня выбрались на улицу седьмые «В» и «Г». На площадке было четыре облезлые лавочки, которые сразу же занимали самые шустрые. В раздувающихся чёрных пуховиках даже в мороз они нипочём не желали освобождать места.