Знаток. Свадьба

Топот сапог будто свернул в сторону, начал затихать. Холодная тьма отступила, заструилась чёрными ручьями дыма под ногами.

— Спасибо, спасибо тебе, Демьян Рыгорыч, – с широкой улыбкой Валентин тряс здоровую руку знатка; тот еще мало соображал — приходил в себя после ритуала. – Не погубил мамку. Век должен буду!

Гыргалица застонала, протянув длинные руки к Валентину. Тот безбоязненно заскочил в защитный круг и обнял чудовище – насколько хватило рук. Головой он едва доставал ей до груди.

— Ну шо ты, мамо, испужалась? Всё хорошо буде, не палохайся.

— Слышь, Валя… – угрожающе начал Демьян, баюкая обожжённую руку.

— Прости, прости, Демьян Рыгорыч! И ты, малой, прости. Виноватый я, и она виновата!

Гыргалица сунула жениху сиську, тот со смехом увернулся.

— Уж скоро сам отцом стану, а она меня всё накормить пытается! Ты пойми, Демьян Рыгорыч, она ж меня спасла от немцев, выходила, выкормила. Не хочет сына отпускать, вишь как.

— А меня ваше горе колышет? Нельзя ей к людям, а людям сюда нельзя – таков уговор был!

— Не повторится такого, от те крест! Она, мабыць, на свадьбу тайком прошуршала – поглядеть да благословить, видать, а там тесть про квартиру в райцентре ляпнул – вот она и не удержалась, свистнула прям из-под фаты. Боится, верно, что уеду в город, одну её оставлю.

— А как она проникла-то? Пригласить её должны были. Это ты подкинул? – Демьян показал найденный на свадьбе предмет – веточки чертополоха, скреплённые вместе человечьими волосами.

— Шо это? – прищурился Валентин.

— Скрутка ведьмина, дурак! Подбросили её, шобы твоя мамка навестить смогла. Иначе никак она явиться не может, без разрешения. Кто напакостил так?

— Мамо, кто ж тебя пригласил? – жених задрал голову посмотреть гыргалице в глаза, но та по своему обыкновению молчала. Максимка поёжился при мысли, каково это – стоять так близко к лесной бабе. А Валентину ничего, будто и впрямь мать обнимает, а не чудище какое.

А лицо у того чудища было мокрое от слёз. Великанша всхлипнула и погладила «сына» по голове. Поглядела волком на Демьяна, прижала к себе покрепче Валентина. Без слов было ясно, что она хочет сказать – не отпущу!

— Ну ты чего, мамо, я коли перееду, то буду в гости ездить, гостинцы привозить…

Гыргалица замотала головой и зарыдала пуще прежнего.

— Дядько Демьян, не пустит она его, – тихо сказал Максимка, – так и будет нам в Задорье концерты устраивать.