Знаток. Свадьба

— Да-а… – смущённый слезами женщины, даже такой, Демьян почесал бороду. – Нехорошо это – мать с сыном разлучать. Мать не бросают…

Валентин крепко обнимал гыргалицу, шепча что-то успокаивающее, словно уже прощаясь; та по-медвежьи не то рычала, не то всхлипывала. Знаток решительно сказал:

— Слышь, Валентин! Ты ей кажи, шоб больше такого не повторялось. А я с Макаром сегодня побалакаю – должок за ним. Авось чего и зразумеем, шоб табе не уезжать никуда. Тем паче на тебе лесхоз, куда ехать, верно?

Жених от избытка чувств смог только благодарно кивнуть.

— Дядько, а с ним чего делать будем? – Максимка кивнул на сладко посапывающего в рогозе чекиста.

— Шо-нить придумаем. Есть у меня идея…

***

Раздался громкий звон, отозвавшийся в похмельной голове похоронным набатом. Жигалов еле разлепил глаза, огляделся в недоумении. К горлу подкатила тошнота, майор с трудом удержался, чтобы не стругануть прямо на скатерть. Оказалось, он спал, сидя на стуле и повесив голову на грудь.

Звенел пустой стакан, по которому колотил вилкой сидящий напротив за столом ИО председателя.

— С-секундочку внимания, та-ва-ри-счи!

Оставшиеся гости – многие уже разошлись – повернулись к председателю. Во главе стола сидели молодожёны – счастливая невеста и жених в свежем костюме явно с чужого плеча. Жигалову сунули в руку залапанный стакан вина, при виде которого он с трудом подавил очередной приступ тошноты. Это ж сколько он вчера выпил?.

— Как я здесь… Гхм... Что случилось?

— Тс-с, тост говорят! – зашикали на него.

В Задорье уже светало – наступило утро, и громко заголосил петух в соседнем дворе. В умат пьяный Макар Саныч высоко поднял рюмку.

— В о-общем так! Свадебный подарок от меня! Ва-алентин, ты мне таперь хто? Праильна, сын! А я заради деток во, любому! – Макар Саныч потряс кулаком в пустоту. – Так шо, сына и доча, вам жалую от отцовского сердца… дом в Задорье! А табе, сына, да-авно пора должность, шоб начальством был, а не этим, как его… игорем…

— Егерем, – подсказали ему со смехом.

— Во, да! Так шо, сына, будешь таперь начальником лесхоза. Или ишшо каким начальником… Ко-ороче, за молодых! Го-орько!

Нетрезвые жених и невеста принялись целоваться – уже без фаты. Жигалов недоумевал – вроде же Саныч квартиру подарить обещался. Хорохорился перед зятем? Или он это и вовсе выдумал? Мысли слиплись как остывшие котлеты на блюде.