Свора певчих

Только тогда Реми увидела картину целиком. Увидела стоящих поодаль Феликса и Роберта, в немом изумлении глядящих на неё. Увидела ошарашенного истязателя брата, того самого незнакомца с перрона.

Остальные стояли неподвижно. В них читалось непонимание случившегося. Как трое старших сэв так долго не могли вырвать Рене из её рук? Что за гнев раскрылся в девчушке, отчего она смогла выдержать давление нижнего крика и удержаться на месте?

— Реми, всё нормально, — раздался охрипший голос Рене, он лежал на брусчатке, прижимаясь к ней всем телом.

Подняв голову, он улыбался, пытаясь успокоить её. — Так надо. Это часть наказания. Я должен через это пройти.

Она выдохнула со свистом, не сумев выразить словесно всю ту ярость, что скопилась внутри. Это ненормально. Так нельзя поступать со своими. Это бесчеловечно! Мысли остались при ней, а после ей помогла подняться Инга, что-то шептавшая на ухо.

— В ней есть запал Беркутов, — внезапно заявил незнакомец, улыбаясь и гася гневную отповедь Романа, который смотрел на Реми как на злостную букашку, выползшую из-под каблука.

— Меня зовут барон Виктор Гриф, я старший офицер и командир этих своевольных курсантов под предводительством твоего братца. Ремия Беркут, рад с тобой познакомиться! Твой поступок запомнят надолго, — и он засмеялся. — А теперь уведите её отсюда, пока она ещё что-нибудь не отчебучила, что может сильнее навредить Рене. Строгость наказания соразмерна преступлению. А вы, госпожа, не на службе и не можете знать наших распорядков.

— Реми, езжай домой.

Я вернусь, когда со мной закончат, — выговорил Рене, вставая на колени.

От холода дождя он посинел, отчего ярче проступили жилистые мускулы на его теле. Он едва держался, но был готов принять новый удар, если того требует закон.

— Да, дочь. Отправляйся домой. Я останусь с сыном и прослежу за дальнейшим укрощением строптивца. С тобой мы поговорим позднее. Инга, — Роман обратился к жене, и та кивнула, мягко удерживая Реми.

Однако девушка сделала лишь несколько шагов назад, а потом остановилась и, оглядев всех и каждого, ледяным тоном заявила:

— Если вы навредите моему брату — я сделаю так, что вы никогда об этом не забудете!

И только потом позволила себя увести.

* * *

На улице их ожидала машина с шофёром Иваном, расторопно раскрывшим перед ними заднюю дверь. Он с тщательно скрываемым интересом поглядывал на Реми, но вёл себя сдержанно и учтиво.

Роскошный автомобиль тронулся в сторону городского поместья семейства Беркут.