Свора певчих

Реми невнимательно слушала мягкую речь Инги, говорившую о том, как они все счастливы, что она снова с ними. Какое это благословение, что она нашлась. Что обязательно нужно устроить приём в её честь, когда девушка немного освоится и, разумеется, сходить в церковь и воздать должное хранителям рода Беркут за то, что Реми цела и невредима, и что с ней не случилось ничего…

— А вы думали, меня будут держать на привязи в цепях, и тыкать иголками? — перебила Реми, когда женщина начала прохаживаться по её отцу в самых нелестных выражениях.

Та осеклась и виновато улыбнулась.

— Но мы же ничего не знаем о том, через что ты прошла, милая. Все эти годы только я и Рене действительно не сомневались, что ты жива, — она прижала руку к нательным крыльям, что всегда носили истово верующие англикане.

При свете фонарей, Инга выглядела доброжелательно, но слишком уж наивно. Белокурая, лет сорока, в скромном, зелёным платье, но с дорогими украшениями. Она коротко стригла волосы, завивая их как волну с правой стороны, и мало пользовалась косметикой.

Одинаково хорошо подходила и к представительному приёму в графском доме, и к посещению церковных собраний. Слишком милая для никак не утихавшей Реми.

— Как они могли так обойтись с Рене? — порывисто выпалила девушка и даже водитель, сидевший за стеклом, вздрогнул от резкости вопроса. — Он же один из вас. Это давление могло его убить!

Инга сморщила нос, потом вновь улыбнулась, как-то заискивающе, словно пытаясь про себя подобрать правильные слова, которые Реми будет готова услышать.

— Мы не люди, Ремия. Нас часто обвиняют в буржуазных замашках, в потворстве низменным порывам, в том, что мы купаемся в роскоши, не заботясь о черни. Но подумай — даже сын графа несёт ответственность за свои действия. Мы единственная защита людей от морликаев, — она провела рукой справа налево, будто помахав крыльями, отгоняя нечистую силу. — Это несёт в себе определённые обязательства. Рене является курсантом Ролльской академии боевых сэв. Со второго курса он, как и его сокурсники, приступил к патрулированию городских улиц.

Так действуют по всей империи. Наши дети первыми бросаются к разрывам, оберегая людей. А он ушёл с дежурства. Влез в кабинет своего командира и украл важные сведения. Чудо, что ему удалось вернуть тебя целой и невредимой. А что, если бы действия неопытного курсанта привели бы к тому, что Дмитрий снова сбежал бы с тобой? Ты могла погибнуть. Он сунул нос в то, чего не понимал. За такое его обязаны исключить из академии.