Алое золото осени

Ты просил, я посоветовал. Дальше сами. Я тут при чём?

— Некому больше довериться, Андрюша, некому... людям не понять моей печали... — скорбно вздохнул Арсеньев, театрально воздев взгляд к потолку. — Следователь найдёт моего человека, а ты проследишь, чтобы наша девочка не заигралась.

— Это не моя девочка, — угрюмо процедил Андрей сквозь зубы. — Сам бы за ней последил.

— Значит, договорились? — невинно уточнил Арсеньев.

— Мне какой интерес? — хмуро спросил гость, нервно разминая мосластые пальцы.

— Клинику тебе найдем, даже операцию оплатим, — легко, словно речь шла о закупке канцтоваров, отозвался Арсеньев.

Гость не ответил, прокручивая трость в пальцах, а Арсеньев молча ждал ответа.

— Мне кажется, вариантов у тебя не много, — наконец разрезал тишину Владимир Натанович.

— Костя без меня разберётся, — тихо и неуверенно проговорил Андрей.

— Само собой. Мозгов то у него побольше, чем у тебя, — не отступал Арсеньев, — но за тобой опыт.

— Прикажи ей, и все... Я что могу против неё поделать?

— Уверен, при тебе постесняется... Да и что ты теряешь? Все, что мог, ты уже потерял, так? А она, возможно смягчится к вам, а?

Андрей шумно выдохнул, размышляя.

— Сколько раз зарекался иметь с вами дело, — проворчал он тихо.

— Не беда, — Арсеньев махнул рукой, — отработаешь карму...

Анжела Викторовна жила в новом квартале, в пентхаусе на пятнадцатом этаже. Лисицкий позвонил предварительно, предупредил, что зайдёт ненадолго, только посмотрит и всё, настраивая и себя и её на деловой лад. Никаких игр, ничего такого. Даже позвонил Нонне с какими-то глупостями, чтобы успокоить себя, что с той женщиной у него точно ничего не выйдет. Но отчего картины, вопреки темпераменту, в голове рисовались совершенно другие? И шея эта, будь она не ладна, чесалась — будь здоров. Даже пришлось наложить повязку и спрятать её под высоким воротом водолазки.

— Только дело, — выдохнул Константин, сидя в машине у её подъезда, — только дело и всё. Больше ничего, — увещевал он себя. Но в глубине был уверен, если она снова подойдёт близко, не устоять. Он несколько раз вдохнул глубоко и медленно выдохнул.

— Только дело, — он уверенно вышел из машины.

— Костя... — Лисицкий вздрогнул от звука голоса, хотя ничего пугающего вокруг не было. Никитин, Андрей Васильевич.