Сохрани меня - сохраню тебяServa me - servabo te

Так что тренировка через час. И не опаздывать, — приказным тоном заявил он, прежде чем демонстративно удалиться.

«Жир... Какой ещё жир...» — недоумевала она, пытаясь себя оглядеть.

Мара прекрасно понимала, что он не отвяжется. И в назначенное время она подошла к двери тренировочной комнаты, где её уже ждали Кассель и Винсент.

— Винсент, ты прекрасно знаешь, что сейчас для меня нежелательно использовать силу даже здесь. И ты полагаешь, что на таких условиях бой с тобой будет честным? — возмущалась девушка.

— Вот и посмотрим, откуда у тебя руки растут, — сказал он, открывая перед ней дверь.

Мара наблюдала, как Кассель протянул Винсенту руку, и, как только он её коснулся, тело брюнета превратилось в плотный туман, формируясь во внушительного размера клинок. И тут её озарила идея. Ведь энергии их комплементарны. Что будет с мечом, если он сменит владельца в боевых условиях?

«Почему бы не попробовать», — подумала ледяная кванси.

Она подошла к Винсенту почти вплотную, коснулась его плеча. Легкий энергообмен во время прикосновения позволил ей приобрести малую толику его способностей. Она же в свою очередь усилила его стихию воздуха.

— Знаешь, я давно хотела тебе кое-что сказать по секрету, — тихо произнесла она, близко наклонившись к нему, но вместо слов её губы сомкнулись на мочке его уха. Глаза Винсента стали похожи на две лиловые плошки. Он взвыл благим матом, и девушка в этот момент выхватила у него клинок.

«Надо же… получилось», — не без удивления подумала Мара.

— Верни немедленно, — потребовал Винсент.

— Аха разбежалась. Ты можешь хоть палку для приличия взять. Девушкам ведь надо уступать, не так ли? А Касс будет моим оружием. Кассель, надеюсь, ты не против? — спросила она, терпеливо ожидая ответа.

— Вот и посмотрим, откуда у тебя руки растут, — злорадно сказала она, обратившись к сопернику, и озорные искры заплясали в её черных глазах.

* * *

Я снова в его твердой сильной руке. Предвкушение предстоящего боя будоражит. Он уверен, что победит, и я тоже в нем уверен, как в самом себе. Но мою рукоять перехватывает другая рука, маленькая, почти детская, с мягкими подушечками пальцев. Эта рука мне знакома. Она та, с кем я должен был сражаться, и кого на этот раз должен был победить.

— Кассель, надеюсь, ты не против? — спросила она.