Застенец

— Я думал, что мы обо всем договорились, — помахал я конвертом.

— Это да. Но Вы еще спасли меня от позорной пряничной смерти, — рассмеялся полковник.

Вот какие все-таки хорошие люди, эти военные, когда речь не идет об их службе. Такое ощущение, что с ними можно разговаривать обо всем. В противном же случае они сразу скучнеют, сереют, замыкаются. Выход один — не беседовать с ними о делах.

Петр Евгеньевич оказался в высшей степени приятным человеком. Кроме денег он предоставил мне свободный экипаж. Наш нанятый возница удрал сразу, как услышал стрельбу.

И я его понимаю. На одной чаше весов три с полтиной, на другой — собственная жизнь.

— Все-таки две тысячи, — негромко прошептал я, пошуршав «катеньками», как только мы отъехали.

Воровато обернулся и встретился с хитрым взглядом штабс-ротмистра. М-да, не работать мне в госсекторе. Я даже после того, как удачно получил взятку, умудрился спалиться. С другой стороны, какая же это взятка? Скорее, компенсация.

— Что говорите, господин? — спросил Илларион.

Не могу сказать, что он был как новенький, все же крови потерял ощутимо. Однако выглядел вполне прилично. Чуть бледноватый, заторможенный, но живой и невредимый. А еще над ним висела незнакомая мне форма заклинания. Лекарь сказал, что она сама собой пропадет через пару дней.

— Я говорю, что попытки убить тебя выходят нам в плюс. Если не до смерти, конечно. Хочешь, мы из тебя крутого автоподставщика сделаем? Ах, у вас же авто нет. Тогда будешь под проезжающих лошадей бросаться.

А я потом — денег с них требовать. Как я придумал, а?

— Шутки у Вас, — нахмурился Илларион. — Скорей бы до дома добраться и лечь. Мне будто кишки все вывернули.

— А вот по этому поводу можешь не торопиться. Потому что едем мы не домой.

— Куда ж собрались? — совсем расстроился слуга. — Вон и дождь, вроде, собирается.

— Да тут недалеко, — вытащил я знакомую визитку. А затем обратился к вознице: — Остановите, пожалуйста.

Вообще, это называлось недостаточной выборкой при принятии решения.

У меня было два мнения относительно цены на завод. И оба, так сказать, весьма сомнительные. Одно по причине высокой стоимости, другое — из-за низкой. Нужно было третье, независимое. Конечно, можно поехать к какому-нибудь оценщику и потратить полдня, но у меня под рукой был вполне подходящий для этого дела офицер.

— Ваше Благородие, — обратился я к штабс-ротмистру. — Можно Вас на минутку?

— Конечно, — ответил тот, спрыгнул с пролетки и подошел ко мне.