Реплика

И лёгкий запах озона взамен того, что можно было бы ожидать. Ну а раковина для мытья рук и прочее – не в каждом дорогом отеле такое увидишь. И тоже: никакого слива, куда всё пропадает – не понять. Из санузла Вероника вышла с ощущением, что попала в сказку.

— Вы ведь не всех сюда впускаете, Михаил Владимирович? – поинтересовалась Вероника, вернувшись за стол. От недавней простудной напасти уже ничто не напоминало – такой бодрой и здоровой Вероника себя давно не чувствовала.

— Конечно, не всех, – покивал дядя Кубик.

– Вот тебя рад видеть, Вероника, заходи когда захочешь. Вот, возьми с собой. – Дядя Кубик поставил на стол стеклянную банку, с завинчивающейся крышкой, внутри, на вид, мёд. – Не простая банка, волшебная. – Возможно, то, что Вероника не скривилась насмешливо, и вообще отнеслась к такой фразе со всей серьёзностью, и повлияло на решение Кубика. – Как мёда совсем мало станет, досыплешь до середины сахаром, дольёшь кипятком...

— И? – поинтересовалась Вероника, глядя на банку с любопытством.

— Закроешь крышку, и сама всё увидишь, – подмигнул Кубик и указал на бумажный свёрток. – А это тебе к чаю. Одна ведь живёшь. Съешь пару пряничков, на душе и полегчает.

Похоже, её выпроваживают – и не грубо. В общем, и верно: если часы идут правильно, Вероника здесь уже восемь часов. Удивительно, что с работы не названивают.

— Большое спасибо, дядя Кубик! – Вероника обняла его. – Вам нужна помощь, да?

— Нужна, но не юридическая, – улыбнулся Кубик. – Добрые люди нужны. Такие, как ты.

— Что я могу сделать для вас? – тут же спросила Вероника.

— Приходи домой, отогрейся, чтоб от простуды и духа не осталось. Отметишь Новый год, и – заходи когда захочешь. Поговорим. – Дядя Кубик помог ей надеть пуховик. – Передавай привет Римме, пусть растёт большой и послушной!

“Откуда вы...”, чуть не спросила Вероника. Но не спросила. Ещё раз обняла гостеприимного и очень странного хозяина и, не забыв про его гостинцы, открыла дверь – прямо в метель, в самую пургу. Когда отдышалась, поняла – за спиной её та самая дверь, уже давно стемнело – пора, пора домой! И ожил мобильный, напомнил о пяти пропущенных звонках.

Никогда прежде Вероника не ждала Нового года с таким нетерпением. Дождалась. Всё, как советовал Кубик, сделала – и вернулась к той самой двери.

Та с первого раза открылась туда, к дяде Кубику. Уже потом Вероника поняла, что не приняла почти никаких мер предосторожности: кто угодно мог проследить, куда она вошла.