Линии Леи

Но очевидно, очень быстро, если судить по груде письменных принадлежностей, сметённых на пол одним широким взмахом, чтобы расчистить место.

На ногах у меня висели двое ребят из дежурки: справа техник по вооружениям Сергей Червяков, левого я не знал по имени. Вересаева жестом показала им, что меня можно отпустить, и повела к дверям, на ходу давая указания помалкивать о случившемся, если даже спросит кто из непосредственных командиров. Пока она отвлеклась, я воспользовался возможностью прояснить ситуацию.

– Сфинкс, ты это серьёзно сказал?

– Абсолютно. Ты при всех наорал на Вересаеву, – так же тихо ответил он.

– Но как?

– Вот как-то так.

– А что конкретно орал?

– Уууу, много всего. Ладно бы только по службе, но ты и о характере её высказался, и о внешних данных.

– О, нет! А остальные? Что ж вы меня не остановили?

– Не переживай, по остальным ты тоже прошёлся. Особенно по тыловику и штабистам.

– Ох! – я предпринял попытку встать, но голова закружилась, затылок брякнулся обратно на пачку канцелярской бумаги, заботливо подсунутой на край стола.

Шаги мягко протопали по ковру от двери до стола, на мой лоб легла мягкая женская ладонь.

– Стожар, как часто у вас бывают приступы неконтролируемой агрессии? – спросила Вересаева.

– Елена Владимировна, я…

– Как часто? – настаивала она.

– Пока вы не спросили, я даже не знал, что это.

– В приступе ярости вы всегда теряете сознание?

– Я же сказал, у меня не было подобного ещё ни разу.

– Какие психотропные препараты вы сегодня принимали?

– Омлет в буфете взял, в ночнушке у Таганской. Гадость, конечно, но насчёт психотропного – это вы загнули!

Пальцы больше не касались лба. Я открыл глаза. Вересаева, прикусив губу, постукивала своим безупречным маникюром по столешнице.

– Чувство юмора, я вижу, к вам вернулось. Спровоцировать новый приступ не получается. Значит, это не пси-приказ и не мозговой паразит.

Я скорчил испуганное лицо:

– Что со мной, доктор?

Она не реагировала. Я вспомнил слова Сфинкса о сути проблемы и решил, что лучшего момента не представится.

– Елена Владимировна, хочу сразу принести извинения…

– Правда? Интересный вы человек. Оскорбляли меня при всех, а извинения приносите тет-а-тет?

Я заткнулся. Кажется, сглупил. Она вовсе не об этом сейчас думает.