Люди и то, что от них остаётся

Шагов через десять услышал:

– Давай, счастливо! Ты молодец.

Махнул рукой, не оборачиваясь. Улыбнулся сквозь слёзы.

Проход стягивался, закрывался. Совсем близко в тумане что-то шевелилось, хрипело, порывисто шуршало. Толя протиснулся в мерцающий овал.

Свет потолочных ламп ударил в глаза, в лицо дунуло холодом – склад. Толя обернулся. Стена была стеной, серой, потрескавшейся. Тут в неё что-то глухо ударило, потом ещё и ещё. Спрут. С каждым ударом с потолка летели сухие комья снега.

«Не вырвется, – подумал Толя спокойно.

***

В коридоре ждал Скворцов.

– Получилось, – сказал Толя.

– Слышу, – Скворцов кивнул. – Долго ты… Пойдём быстрее.

На улице уже стемнело. Вышли на эстакаду, направились было к проходной, как там, у будки вахтёра, показались фигуры. Скворцов схватил Толю за локоть, оттащил за припаркованный к эстакаде ЗИЛ. Сам осторожно выглянул и сразу спрятался.

– Сюда идут, – сказал хрипло. – Спрыгиваем!

Толя вспомнил о внутреннем огне.

– Я их остановлю!

Он попытался шагнуть туда, навстречу идущим – узнал: это местные, с комбината. Скворцов схватил его, дёрнул, прижал к двери фургона.

– Стой! Куда? – зашипел яростно. – Запомни: здесь – здесь! – мы просто люди!

Толя и Скворцов спрыгнули с эстакады, спрятались за грузовиком. Очень осторожно Скворцов выглянул из-за кабины.

– Ого, их там человек пятнадцать! – зашептал он. – Ох ты… А вот это не есть хорошо.

– Что такое? – Толя подошёл, присел, выглянул.

– Видишь, с ними такой длинный, в шапке с бубоном? Это «ходок», проводник между мирами. Не знал, что он… Хреново! Бомбу-то ещё можно обезвредить.

Скворцов замолчал, тихо побарабанил пальцами по крылу грузовика.

– Нельзя, чтобы они попали в склад. Ключ у тебя?

– У меня, где же ещё, – сказал Толя. – Спрятать или выбросить куда-нибудь?

– Не вздумай! Они могут его почуять и тогда обязательно найдут.

Толя сунул руку в карман, сжал ключ в кулаке.

– А где твой автомат?

Скворцов махнул досадливо:

– Да увёз после вчерашнего, от греха подальше.

Толпа затопала по эстакаде. Скворцов показал Толе лезть под машину, сам залёг у колеса, Толя едва видел его в сумрачной тени.

Пришедшие загалдели у входа в коридор. Кто-то прошёл внутрь, к воротам камеры, половина людей осталась снаружи. Толя и Скворцов лежали, слушали, осторожно выглядывали. Уходить через освещённую площадку было слишком рискованно, к тому же кто-то бродил и возле проходной.