Люди и то, что от них остаётся

Толя подумал: сейчас взберётся на оконный проём, за спиной расправятся огромные чёрные крылья, и взмоет Филин в ночное небо. Но тот просто посмотрел на звёзды, потом прошёл мимо Толи, спустился по ступенькам, пробрался по плитам, перелез через забор и скрылся из вида.

Дома Алёна уже лежала в постели, читала. Толя умылся, пошёл на кухню ужинать. Когда залез в кровать, Алёна уже спала или делала вид, что спит.

На работе Толя насилу дождался вечера. Как стемнело, закрылся в кабинете, позвал вполголоса:

– Михалыч, ты тут?

Прошёлся, скрипя досками старого пола, постучал в стену:

– Эй! Выходи, не обижайся.

Ответа не было.

Тогда Толя пошёл в склад, побродил там минут пять, покричал:

– Михалыч, прости, если обидел! Сам не помню, что я там вчера… Выйди, пожалуйста, у меня тут новости есть.

Уже отчаявшись и направляясь к выходу из камеры, наткнулся на ухмыляющегося Михалыча.

– Что, стыдно тебе, пьянь? – захихикал призрак. – Толик-алкоголик! На заслуженного человека с кулаками кидался… Галлюцинацией поганой назвал!

– Извините, – потупился Толя.

Михалыч расправил бороду:

– Ладно уж, фиг с ним. Пойдём, расскажешь, что там у тебя.

В кабинете Толя слово в слово пересказал Михалычу разговор с Филином. Призрак посидел, подумал.

– Эти, значит… Противоборцы за тебя соревнуются. Давненько их не было слышно, итить-колотить…

Толя заморгал.

– Вы их знаете? Кто это такие?

Михалыч махнул рукой:

– Да сам скоро поймёшь. У них там две стороны… – Он замолчал, задумался. – Нет, я, пожалуй, не стану ничего тебе рассказывать.

Посидел, повертел в руках прозрачную шапку-ушанку, добавил тихо:

– И себе не хочу…

Сказал на прощанье:

– Придётся тебе, братец, самому до всего дойти. Ты это: соку выпей.

Толя послушался, выпил на ночь сока. Лучше бы не пил: снова приснился спрут. Снова он проглотил и переварил Толю, снова тот полночи сидел на кухне и читал «Огонёк».

И только утром, отключая на телефоне будильник, Толя вспомнил: кажется, во сне случилось ещё что-то кроме пожирания монстром. Да! По дороге к чудовищу он видел двух странных персонажей. Один молодой, в брезентовом плаще и дурацкой остроконечной шапке, другой постарше, лысоватый, в круглых очёчках и кожаной куртке. Во сне Толя понял: это те, кто ему нужен – другая сторона, о которой говорил в автобусном сне монстр.