Тень мага

Еще до конца не проснувшись, медленно покачивая левой ногой, она посидела на краю гроба, машинально гладя его тронутую молью обивку, потом все-таки спрыгнула на пол и огляделась. Нет, все было спокойно, как только могло быть.

Сонно улыбаясь, Лисандра закрыла гроб крышкой, ибо порядок прежде всего.

Итак, она спала ровно две недели. Много, очень много. Правда, зато выспалась на славу. Наверняка из-за того, что перед этим хорошо насытилась.

Ей вспомнился последний барашек, его самодовольная улыбка... Нет, конечно, раньше, когда она еще была человеком, он мог бы ей и прийтись по душе.

Одно слово — красавчик! Вполне вероятно, он и нравился многим девушкам. Только разве можно держаться настолько нагло? Именно за это он и поплатился. Мимо такого Лисандра пройти просто не могла.

Она вспомнила, как он оцепенел от страха, увидев ее клыки, и невольно улыбнулась.

Здорово получилось!

А еще в этом типе, несмотря на его чистую, хорошо отглаженную рубашку, было и что-то грязное, отталкивающее, этакая едва заметная животная похотливость, притаившаяся в уголках красиво очерченного рта и во взгляде, слишком самоуверенном для честного парня.

Как бы то ни было, но кровь у него оказалась вкусная; богатая, видимо, он хорошо питался всю жизнь, не то что недотепы, встречавшиеся ей раньше. Да, недотепы. Как можно назвать людей с жидкой, едва насыщенной питательными веществами кровью?

Впрочем, о чем она? Ну, было... ну насытилась... и забыто. Если помнить каждого барашка, кровью которого она попользовалась.

.. И не пора ли одеться?

Лисандра прошла в гардеробную, сняла ночную рубашку, некоторое время постояла перед шкафом, поглаживая свое худенькое, стройное тело, задумчиво выбирая, что бы надеть. Наконец она сняла с вешалки черное бархатное платье, всунула ноги в черные же туфли на высоких каблуках, оделась, прошлась и осталась довольна. Да, это именно то, что требуется для сегодняшнего вечера, вечера охоты. А если повезет... Впрочем, ей везло всегда... почти всегда.

Она достала из сундучка сандалового дерева коробочку из затвердевшей розовой смолы с макияжным набором, а так же магическое зеркало, единственное, в котором могла увидеть свое отражение. Это зеркальце осталось от Грибальда, некогда сделавшего ее вампиром. Любопытно, что через неделю после того, как она получила этот магический артефакт, ее патрону воткнули в живот кол — только потому, что его узнал на улице человек, которого он считал давно уже мертвым.