Священник из Сосновой Пустоши

— Так мы с Вами с одного континента, Николай, — Томассен чуть улыбнулся. — У меня так много вопросов...

— Могу представить, — усмехнулся Ник и серьёзно проговорил: — Вы — исключительный человек и волк. Знакомство с Вами для меня — событие не менее особенное.

— Я надеюсь, мы ещё поговорим обо всём. Сейчас я нужен в ином качестве. Я хочу отвести Джона в лес. Первая перемена фазы всегда очень сложная. Да и, — Томассен развёл руками, — я вряд ли сумею объяснить Вашим друзьям, что здесь произошло.

Ник кивнул. Чёрный волк напрягся и осторожно поднялся, принюхиваясь и тревожно осматриваясь.

Ладонь Томассена по-прежнему покоилась на его загривке. Крупный зверь прижимался к ногам священника, одновременно и ища защиты, и готовый защищать.

Молодой человек вскинул руку, подавая знак. Три волка бесшумно возникли из зарослей. Томассен смотрел на них с любопытством и восхищением. Ник мог только предполагать, как важно было для него понять, увидеть, что он не один в мире.

— Нас много, — тихо подтвердил Ник.

Остальные волки застыли в безмолвном приветствии. — Добро пожаловать, преподобный Хенрик Томассен, Джон Лайонел. Приятной и упоительной ночи.

Чёрный нетерпеливо заскулил. Священник склонил голову, благодаря и приветствуя, и отступил на шаг.

Второй раз Ник наблюдал за потрясающей в своей скорости и гладкости трансформации. Белый северный волк отряхнулся и призывно завыл. Остальные отозвались ему с такой радостью, что Ник даже пожалел, что находился в человеческой ипостаси и не мог присоединиться.

К сожалению, ему предстояли дела куда как менее приятные, чем прогулка по дикому ночному лесу.

После обмена приветствиями со стаей волк-Томассен устремился к зарослям. Чёрный, прихрамывая, последовал за ним. Некоторое время Ник смотрел им вслед. Затем, без особых усилий закинув убийцу на плечо, он прошёл в дом. В человеческом облике ночной холод был куда как ощутимее, даже после жара трансформации.

Ник нашёл что-то из одежды, рассчитывая, что хозяин, наслаждающийся бегом по лесу, не обидится, и стал ждать.

Поистине, эта ночь преподнесла немало сюрпризов.

* * *

Джонни проснулся с чувством глубокого удовлетворения. Все мышцы ныли, но усталость была приятной, сладкой. Ему снилась совершенная, абсолютная свобода, хотя деталей он вспомнить не мог. Кажется, во сне были волки... и особенно запомнился тот, белый...

Волки... Молодой темноволосый мужчина, каким-то образом возникший на месте матёрого серого зверя. Томассен... И он сам...