Автопортрет с отрезанным ухом

Я, конечно, подумал, что я жутко пьяный, на самом деле у нее есть какая-то светлая майка, но не смог себя разубедить полностью в том, что это не соски. Девушка не обращала на меня внимания.

— Эм, может тебе помочь донести это?

Мне показалось, что голос у меня вышел довольно адекватный.

Она резко повернула на меня голову, посмотрела секунду и снова стала глядеть себе под ноги. Я едва сумел ее рассмотреть, очки были какими-то странными, с широкой оправой, губы будто потекшими. Иногда у девушек в клипах так течет тушь, а вот у нее — темная помада.

Это не сделало ее менее привлекательной, меня так и тянуло к ней. Казалось, что я готов молча идти за ней на край света, даже если она больше на меня не посмотрит.

Девушка вытянула прямую руку в сторону, протянув мне свою ношу. Я послушно принял ее, схватился за что-то шершавое, какую-то ручку, и еле удержал. То, что она тащила, оказалось неожиданно тяжелым, я мог нести, но для такой крошки это было нелегким трудом.

— Как тебя зовут? — спросил я.

Откуда-то сзади я услышал голос Аркаши, он звал меня по имени.

— Зоя, — голос ее был тусклым, однотонным, но сильным, будто больше ничего вокруг не имело значения. Мою двоюродную бабушку так звали, это имя казалось мне до ужаса простым, деревенским. Но сейчас я услышал в нем какую-то силу, будто бы сама богиня земли взывала ко мне сквозь него.

Интонация Аркадия за моей спиной сменилась, казалось, его что-то напугало.

— Это что, собака? Женя, ты, что, держишь труп собаки?

Глупости какие. Я опустил голову. Шершавой ручкой оказался рог. Я держал за него козу, совершенно точно мертвую, у нее не было второй половины тела. Из живота тянулась кровавая дорожка, что-то выпадало.

Мне показалось, что одновременно я опьянел в два раза сильнее и меня сейчас вывернет наизнанку, и в то же время мой разум будто бы прояснился. Зоя вдруг схватила меня своими тонкими ручками за шею, она могла сломать ее ими, в них была сила.

— Ты, видно, безумец? — прошипела она.

— Так-так, девушка, давайте не будем нервничать, хорошо? — услышал я голос Аркадия. Вот ему, наверное, было неловко, его друга схватила девушка на две головы его ниже, и тот не может вырваться.

— Я не безумец, я пьяный! — мой голос стал хриплым.

— Только безумец может подойти ко мне.

Посмотри на меня, только безумец подойдет ко мне, вот что она имела в виду. Она шла с половиной тела козы, с голой грудью.