Шкатулка с танцовщицей

Шкатулка с танцовщицей

Женя Ли

Шкатулка с танцовщицей

Бартемиус Уиллоу всегда жил один. Всю свою сознательную жизнь. Он был слишком волшебником, чтобы люди принимали его за своего. И слишком добрым и мягким, чтобы волшебники считали его за равного. Ведь волшебники, в большинстве своем, высокомерны и эгоистичны.

Единственный близкий родственник, двоюродный брат, называл его неудачником и избегал общения. Еще бы – в любой дуэли чародеев Бартемиус потерпел бы поражение. Его магические способности были невелики. Да и выглядел он как добродушный недотепа: среднего роста и плотного сложения; со светлыми прямыми волосами, которые часто стриг сам.

Завершали картину круглые очки на округлом же лице.

С такой внешностью трудно внушать трепет и уважение. Потому на жизнь Бартемиус Уиллоу зарабатывал тем, что чинил вещи. Тогда, когда никто другой не мог их починить. Он докапывался до сути и возвращал предмету душу; или давал новую. Бартемиус держал лавку-мастерскую – она служила ему и домом, и рабочим местом.

Волшебным ли образом или случайным – земля слухами полнится, – но жители большого Города, где поселился Бартемиус, быстро прознали про его мастерскую и стали приносить ему на починку старые, но милые сердцу вещицы – ведь брал он недорого: гораздо дешевле, чем в любой антикварной мастерской, где за ремонт старинной редкости с вас сдерут огромную сумму.

Этим утром колокольчик на двери мелодично звякнул и вошла девушка, совсем юная. Она смущенно озиралась по сторонам, привыкая к сумраку лавки и прижимая к груди большой прямоугольный сверток.

– Чем могу вам помочь? – мягко сказал Бартемиус, выходя из-за стеллажей на свет.

– С-здравствуйте, – девушка застенчиво смотрела на него, словно решая, стоит ли обращаться со своей просьбой. И таки решилась:

– Вот. Это шкатулка моей бабушки, – сказала она, протягивая Бартемиусу сверток. – Когда-то она подарила её мне. Год назад бабушка умерла. Она очень любила эту шкатулку.

Бартемиус бережно взял сверток и поставил на прилавок. Осторожно развернул.

Шкатулка оказалась красивой: красного дерева, покрытая изящной резьбой и тонким слоем лака. Пальцы волшебника нащупали отпирающий механизм, он чуть нажал и поднял крышку. Под ней была фигурка танцовщицы, застывшей в па на одной ноге и с поднятыми вверх руками. Но музыка не звучала и фигурка не кружилась.

– Что скажете? Можно её починить? – девушка заглянула в лицо Бартемиуса.

– Так не скажу. Мне нужно посмотреть механизм. Оставьте мне её и приходите вечером.